Древний вампир оказывается в ловушке на тонущем «Титанике», но рано или поздно он вновь увидит лунный свет… Лучший друг человека превращается в его самый страшный кошмар… Исполняя последнюю волю умершего отца, сын проводит ночь в склепе и попадает в водоворот дьявольского ритуала… С того света не возвращаются, но, если тебя лишили жизни на потеху публике, ты вернешься, чтобы
Авторы: Чак Паланик, Коннолли Джон, Моррелл Дэвид, Грин Саймон, Мэтисон Ричард, Баркер Клайв, Андерсон Кевин Джей, Грэм Хизер, Кларк Саймон, Вебер Стивен, Гаррис Мик, Ховисон Дэл, Гелб Джефф, Тодд Заки Варфел, Майхар Ардат, Джон Литтл, В. И. Литвиненко, А. В. Бандурин, Анна Прийдак, Лидия Галочкина, Дмитрий Голев, Татьяна Аксенова, Вадим Муравьев
заполняется слюной.
Сосредоточься, — напомнил он себе.
Танцовщица на сцене собрала рассыпавшиеся доллары и убежала под бурные аплодисменты.
— Следующая наша леди только что вернулась из ураганного турне по… О! Калькутте! — завопил ведущий.
Да не смеши, — подумал Санни.
— Джентльмены, дружно приветствуем — Хармони Тремонтан!
Санни тут же сосредоточился на сцене.
Заиграла музыка. Красные занавеси поползли в разные стороны. И Санни забыл, как дышать.
Она была не просто красива.
Чуть раньше Номо говорил ему, что женщина Скарпа была стройной, гибкой и с такими большими сиськами, что они казались вообще не к месту на хрупком теле. Но на самом деле Хармони Тремонтан была высокой, с гладкими длинными ногами, тугими бедрами, на которых играли мускулы и которые при этом были чертовски округлыми. Выкрашенное в рыже-золотой афро обрамляло ее лицо солнечным взрывом.
— Чтоб я сдох… — прошептал Санни.
Если кто-то и мог обокрасть говнюка вроде Скарпа и при этом выжить, то только такая девчонка.
— И-и-и вот она, — вызвался комментировать один из вышибал. — Хармони Тре-емо-он-та-ан!
На вышибале была черная футболка с принтом «Плохо уживается в коллективе».
— Я слыхал, она снималась в порно в Ла-Ла-Лэнде, а потом ее вышибло в Чи. Очень талантливая девчонка. Ты понимаешь, о чем я, а?
Вышибала протянул ему руку стандартным жестом «дай пять», но Санни был не в настроении знакомиться. К тому же он предпочел бы кастрировать любого, кто дожил до тридцати лет и не желает тратить время, чтобы назвать Чикаго полностью.
— Но сегодня к ней и на милю никто не подберется, — продолжал вышибала. — Она с Блоком Токоматсу.
Дружелюбный вышибала ткнул толстым, как сарделька, пальцем в направлении столика у самой сцены. Столик занимали пятеро самых больших человеческих туш из всех, кого Санни доводилось видеть.
Блок Токоматсу был наполовину японцем, наполовину самоанцем из Милуоки. Он отбыл в коррекционном центре Марион Стэйт срок за убийство второй степени и не раз то тут то там упоминался как приверженец самого разного антиобщественного поведения.
Блок Токоматсу регулярно вышибал меланин из сотен местных братков — просто ради развлечения. Он раздавал тумаки, как Папа Римский раздает благословения на Рождество, и был самым настоящим Понтификом Праведного Гнева.
— Эй, Черный Супермен!
Санни обернулся к Номо, который соткался из воздуха, как нечаянный пердеж.
— Вот наша ручная сучка.
Ручная? Кого ты имеешь в виду?
— Подожди, — предупредил Санни.
Однако Номо уже вытащил мобилу и нажал кнопку.
— Йо, она здесь, в Шейкдауне. — Он дважды кивнул и отключился, глядя на Санни, как противник перед звонком. — Скарп говорит, что тебе лучше не облажаться, иначе я продырявлю твою задницу так, как должен был в том гребаном банке.
Давай, попробуй, — подначивал внутренний голос. — Сунься ко мне, и я тебе голову скручу, как цыпленку.
Санни нарисовал себе мысленную картинку, насладился ею и с сожалением заключил, что дело того не стоит. Ему нужно было закончить с этим и получить свои пять штук, но дело осложнялось пятью же быками за столиком у сцены.
— Я ее достану, — буркнул он, предчувствуя, что вечер добром не кончится. — И не пытайся выглядеть крутым, идиот.
Пока Номо пытался сообразить, как ответить на оскорбление, Санни решил подобраться поближе к черной кожаной громаде спины Блока Токоматсу.
За работу.
Джеймс Браун изощрялся в рифмах по поводу того, что он черный и гордится этим, изливаясь из обалденно дорогой системы стереоколонок. Диджей работал за пультом, микшируя треки и заполняя «Шейкдаун» грохотом хип-хопа. Санни чувствовал, как в такт двум разным ритмам вибрируют его внутренности: у столика Блока Токоматсу музыка была громче.
Ну и как мне протащить ее мимо этих самоанских громил?
У столика Блока вилась стайка самых привлекательных танцовщиц. Они слишком громко хохотали над шутками подручных Блока, висли на них и все равно строили лисьи глазки главарю.
А Токоматсу было плевать на холодную войну почитательниц, он зачарованно следил за каждым движением Хармони, отслеживая ее выход, как нервная шлюха — перспективного клиента.
И во что я впутался? — подумал Санни.
