Коллекция трупов

это тем, что переезд из Калифорнии изменил Дэниса, или тут дело…
Мысль его остановилась. Обезьяна. Обезьяна сидела на подоконнике, с тарелками, занесенными для удара. Хэл почувствовал, как сердце у него в груди замерло на мгновение, а затем забилось с бешеной скоростью. В глазах у него помутилось, а гул в голове перешел в адскую боль.
Она сбежала из чемодана, а сейчас стояла на подоконнике, усмехаясь ему. Ты думал, что избавился от меня, не так ли? Но ты и раньше так думал не раз, правда ведь?
Да, — подумал он снова в бреду. Да, это так.
«Питер, это ты вынул обезьяну из чемодана?» — спросил он, уже заранее зная ответ. После того, как он запер чемодан, он положил ключ в карман пальто.
Питер посмотрел на обезьяну, и какое-то неясное выражение — Хэлу показалось, что это была тревога — на мгновение появилось у него на лице. «Нет», — сказал он. «Мама поставила ее туда».
«Мама?»
«Да. Она взяла ее у тебя. Она смеялась».
«Взяла ее у меня? О чем ты говоришь?»
«Ты спал с ней в руках. Я чистил зубы, а Дэнис заметил. Он тоже смеялся. Он сказал, что ты похож на ребеночка с плюшевым мишкой».
Хэл посмотрел на обезьяну. Во рту у него пересохло, и он никак не мог сглотнуть слюну. Он спал с ней в постели? В постели! И этот отвратительный мех прижимался к его щеке? Может быть, даже ко рту! И эти кровожадные глаза смотрели на его спящее лицо? Эти оскаленные зубы были рядом с его шеей? На его шее? Боже мой.
Он резко развернулся о пошел в прихожую. Чемодан стоял там, он был заперт. Ключ лежал в кармане пальто.
Позади он услышал щелчок выключенного телевизора. Он вернулся из прихожей в комнату. Питер серьезно посмотрел на него. «Папочка, мне не нравится эта обезьяна», — сказал он таким тихим голосом, что его едва можно было расслышать.
«Мне тоже», — сказал Хэл.
Питер пристально посмотрел на него, чтобы определить, шутит он или нет, и увидел, что он не шутит. Он подошел и крепко прижался к отцу. Хэл почувствовал, как он дрожит.
Питер зашептал ему на ухо, очень быстро, так быстро, как будто он боялся, что у него не хватит мужества договорить это до конца… или что обезьяна может услышать его.
«Она будто смотрит на меня. Смотрит на меня, в каком бы месте комнаты я не был. А если я ухожу в другую комнату, то чувствую, что она смотрит на меня сквозь стену. И я все время чувствую, что она… что она просит, чтобы я что-то сделал».
Питер поежился. Хэл обнял его крепче.
«Как будто она хочет, чтобы ты ее завел», — сказал Хэл.
Питер яростно кивнул. «Она ведь на самом деле не сломана, так ведь, папочка?»
«Иногда она сломана», — сказал Хэл, взглянув через плечо сына на обезьяну. «Но иногда она работает».
«Мне все время хотелось подойти к ней и завести ее. Было очень тихо, и я подумал, что нельзя этого делать, это разбудит папочку, но мне все-таки хотелось этого, и я подошел, ия… дотронулся до нее, и это омерзительное ощущение… но в тоже время она мне нравится… будто она говорит мне: Заведи меня, Питер, мы поиграем, твой папа не проснется, он уже никогда не проснется, заведи меня, заведи меня…»
Мальчик неожиданно разрыдался.
«Это нехорошо, я знаю, что это нехорошо. В ней что-то не так. Мы можем выбросить ее, папочка? Пожалуйста?»
Обезьяна усмехнулась Хэлу своей бесконечной усмешкой. Он ощутил влажность слез Питера. Вставшее солнце осветило тарелки обезьяны, лучи отражались и образовывали полосатые блики на белом, плоском, отштукатуренном потолке мотеля.
«Питер, когда примерно мама с Дэнисом собирались вернуться?»
«Около часа». Он втер покрасневшие глаза рукавом рубашки, сам удивляясь своим слезам. «Я включил телевизор», — прошептал он. «На полную громкость».
«Все в порядке, Питер».
Интересно, как бы это произошло? — подумал Хэл. Сердечный приступ? Закупорка сосуда, как у матери? Так как же? В конце концов это неважно, не так ли?
И вслед за этой пришла другая, холодная мысль: Выбросить ее, говорит он. Выбросить. Но можно ли вообще от нее избавиться? Хоть когда-нибудь?
Обезьяна насмешливо посмотрела на него, ее тарелки были занесены для удара. Интересно, не заработала ли она внезапно в ту ночь, когда умерла тетя Ида? — подумал он неожиданно. Не было ли это последним звуком, который она слышала, приглушенное дзынь-дзынь-дзынь обезьяних тарелок на темном чердаке и свист ветра в водосточной трубе.
«Может быть, это и не так уж невероятно», — медленно сказал Хэл сыну. «Пойди, возьми свой рюкзак, Питер».
Питер посмотрел на него с сомнением. «Что мы собираемся делать?»
Может быть, от нее и можно избавиться. Может быть, навсегда, или хотя бы на время… долгое время или короткое время. Может быть, она будет возвращаться