Колонист

хозяин.
— Ну, будьте здоровы, хозяин, — взялся за дверную ручку Арий.
— И вам не хворать, милорды.
После того, как мы прошли пару кварталов в полном молчании, брат хмыкнул.
— Похоже, мы нашли того, кого нужно.
— Не нравится мне его рожа.
— Ну что поделать. Тебе с ним не спать. Так что смирись.
— Я-то что… Какие планы дальше?
— Поужинаем, дождемся темноты и двинем в Сенар.
— Напрямую? — спросил я. — Не слишком ли в наглую? Вдруг на портале стоит знакомый Искореняющий и он распознает морок?
— А ты что предлагаешь?
— Ну, например, двинуть в Ризан.
— Ненавижу этот портовый городишко, — брат сморщился, как от лимона. — И потом, на перекладных добираться до Сенара?
— Ну транспорт нам потом все равно понадобится, — сказал я.
— Признавайся, что задумал. Я же вижу!
— Ну только если у тебя есть никому не известный секретный амбар или подвал.
— Вот как раз к нему я сейчас и стремлюсь. Колись давай!
— Ладно, — пробурчал я. — Так уж и быть.

— Да уж, я с тебя валяюсь, — сказал брат, отойдя от фургона на несколько шагов. — И ты об этом молчал?
— А что говорить? — пожал я плечами. — Это моя местная заначка. Легализовать я ее не смог, взять с собой в Легион — тоже. Как и перегнать в Осген.
— Обязательно перегоним. Тут магического добра и вещей Древних до отказа.
Арий чуть ли не облизнулся.
— Вот только одна маленькая загвоздка — он приметный.
— Ничего, мы его перекрасим, немного переделаем, уберем возможные приметы и поедем, как нормальные люди.
— Ну тогда давай с этого и начнем. А то светиться неохота.
— Тогда поехали в Ризан. Для начала морок на него наложи, чтобы не выделялся среди других.
— Легко, — я взмахнул посохом, и фургон преобразился, поменял цвет и форму. — Может, мороком и обойдемся?
— И спалимся на первом же Искореняющим, которому он попадется на глаза, — сказал брат. — Особенно в Сенаре, где магов как недорезанных собак.
— Тогда будем переделывать. Ваше преосвященство еще не забыло, как молоток и гвозди в руках держать? — поддел его я.
— Сам такой, — ухмыльнулся он. — Поехали в Ризан, там разберемся.
Закупившись в Ризане всем необходимым, мы опять отъехали подальше в степь и принялись за работу. Кто сказал, что магия не помогает? А распустить доски как циркуляркой? А равномерно окрасить борта и парусиновые чехлы? Можно, конечно, и без магии, но не нашими усилиями.
— Ну вот, — сказал довольно брат, и прищурился. — То, к чему и стремились.
— Как-то так, — согласился я, критически осмотрев нашу работу.
Наше средство передвижения в закатном солнце смотрелось внушительно. Крепкий основательный фургон, сделанный полностью по сенарской моде, не выделявшийся ничем, кроме «радикального синего цвета», как сказал бы Остап Бендер. Мы полностью переделали корпус, убрав выделяющиеся части, и теперь он был больше похож на стандартный фургон тайной стражи. А съемные фанерные эмблемы на такой случай мы закинули в кузов. Да и брезентовые чехлы, которые натягивались на доски, позволяли быстро изменить вид до неузнаваемости.
— Все, спать, — скомандовал брат. — Завтра нам в путь, не хочу зевать по дороге.
— Кто тебя за руль пустит? — насмешливо спросил я.
— Посмотрим.
Вот только была одна проблема — в фургоне, набитом всяким магическим добром, спать было негде. Мы разложили свернутый в несколько слоев один из чехлов и затащили его под фургон. Сделав приготовления в виде кругов из волосяных арканов и сигнальных заклинаний, мы завалились спать без задних ног.
Я проснулся от того, что солнце, взошедшее нал горизонтом настырно слепило меня в щель между спицами колеса. Я отвернулся, чтобы не окончательно проснуться, повернул голову… А где, собственно, брат, который своим храпом не давал мне уснуть всю ночь? Я выкатился из-под фургона, хватаясь за рукоятку Лория.
— И что ты так вскочил? — приветствовал меня Арий, сидевший на пороге открытой двери и листавший какую-то книжку.
— Да просто проснулся, а тебя нет.
— Сижу вот, читаю трофейные инкунабулы, — он захлопнул книжку и отложил ее в сторону.
— Лучше бы завтрак сварганил, жрать хочется, — я почесал недовольно ворчащее от голода пузо.
— Все бы вам с собакиным жрать. Скоро превратишься в такой же желудок на ножках, как и он.
— Поклеп! — сказал я.— Неправда!
— Правда, — вздохнул он, и полез за посудой в кузов. — Ладно. Сам яичницу на файрболе пожаришь, или тебе помочь?
— Яичницу на файрболе не жарят, ее жарят на…
— Ну почему ты такой душнила, а? — брат запустил в меня жестяной сковородкой. — Готовь