Колонист

не трогаем, доходим до места и решаем там.
— Хорошо, как скажешь.
— А теперь отвернись, мне надо переодеться.
— Что я, мужские что ли не видела? — фыркнула она, но все же отвернулась.
Я надел свой любимый комбинезон боевого мага. Вот теперь я готов. И кое-какая идея у меня в голове забрезжила, как можно без лишней крови все это решить. Просто эти индейцы мне ничего плохого пока не сделали, и не угрожали моим близким и друзьям. Не то, что те орки или эльфы, против которых я не колеблясь применял черную магию. Сейчас в ней не было нужды.
— Все, я готов, — я попрыгал на месте, проверяя, чтобы ничего не звенело и не брякало. Вроде нет, даже в ранце все было тихо.
— Это что, твой ритуальный танец? — подколола меня Илени.
— Нет. Хватит пререкаться, зови своих нукеров.
— Они, вроде, не айзанцы, — пожала плечами Илени, но покорно пошла за своими Клыками и Когтями. Придумают же звания упырки, ну да что с них взять…
Мы прокрались до входа в пирамиду без шума и всяких потерь. Стриго вообще мастера бесшумно и невидимо красться, любому стоит поучиться. Ну а если еще им помог и я скрытом и Пологом, то нас тут вообще не существовало. На этот раз я шел впереди, ощупывая ночь магическим взором. Вампиры и без меня видят, как кошки, но только не то, что я искал. Если вампир не маг, то плетения ему не увидеть. А насколько я понял, то маг тут была только Илени.
Вампиры сдержали свое обещание — пока ни один из караульных не пострадал, хотя мы миновали некоторых шагах в пяти от них, смешная дистанция. Так, где-то петляя, где-то приседая и замирая, мы дошли до входа. Я ощупал Глубиной окрестности и получил схему ходов в пирамиду и план ее этажей.
Неслышно и бесшумно мы проскользнули внутрь открытого проема и пробежали по коридору. А вот тут уже появились первые жертвы — в конце коридора на часах стояли два индейца в полном церемониальном облачении. Стриго даже не стали менять морфу, просто вырастили когти и снесли ударами получившейся лапы головы часовым.
Я покачал головой — намусорили тут. Но Клыки — или Когти, хрен их разберешь — оттащили тела внутрь каменных ниш, прихватив и их оружие. Я пошевелил пальцами и стер заклинанием кровавые следы с каменного пола, избавившись от демаскирующего признака.
Коридор закончился внезапно, сменившись небольшой и крутой лестницей, ведущей вверх. Я переглянулся с Илени, махнул рукой и шагнул на ступени. Ох, и тяжкая это работа — ненавижу лестницы. Главное — взбираться медленно и аккуратно, в промежуточной камере храма сидят двое, как показало мне поисковое плетение. Пост номер один, или два, или какой там по индейскому счету…
У обреза лестницы, перед неярко освещенным проемом второй камеры, я сделал знак «остановиться». Ну простите, ничего личного, только бизнес. Я скастовал Облако Смерти и пустил его наискось туда, где виднелись отметки. Все, дело сделано, путь свободен.
Махнув рукой спутникам, я продолжил путь. В камере и точно был пост, двое раскрашенных воинов с лицами, искаженными посмертными гримасами валялись на полу. Я подошел к вентиляционному отверстию в стене и вдохнул прохладный свежий воздух.
Теперь еще одна лестница, как раз там, где светились синим предметы Древних и была одна живая отметка. Она как раз нам и нужна. Я оставил стриго шагов за двадцать до конца лестницы, приказав им не двигаться с места. Если я прав, то это даст ответы на многие вопросы. Я медленно и крадучись подобрался к проему…
Ага, вот и та самая отметка — да еще какая, индейский шаман, весь размалеванный и украшенный ожерельями и бусами. Только бусинки были своеобразные — зубы, и не только животных. Так бы я подумал, что он ограбил стоматолога — столько белых человеческих зубов было на обмотанном в несколько витков вокруг шеи ожерелье. Я стряхнул с пальцев Воздушный Кулак точно в лоб шаману, заставив отлететь его к противоположной стене и приложиться затылком о камень.
Нет, жив еще, старый пень, только пока витает в стране духов от сотрясения мозга. Я быстренько упаковал дежурного шамана по рукам и ногам, а поверх ожерелья из зубов замкнул цепочку из гномского железа — мне совсем не надо, если эта образина очнется и начнет магичить направо и налево. Испортит торжественность момента.
Я высунулся в проем и сделал приглашающий жест, теперь дело за Илени.

— Вот и он, — сказал я.
— Вот и он, — эхом повторила Илени.
Да, ошибиться было трудно. В пляшущем свете чадящих факелов нефритовый саркофаг словно оживал от игры теней. И на его крышке был изображен стриго в боевой морфе со всеми мельчайшими подробностями.
— Отойди, — предупредила меня Илени и подозвала своих сопровождающих.