Колонист

для учебного процесса. Условия — любые. Ограничений — нет. Реализация — на Раджате. Вперед!
  Из динамика послышалось торопливое:
  — Эй! Только без фанатизма! У меня жилой фонд не резиновый! Не более 60 кубов на человека!
  Лично меня, такая «сумасшедшая» логика учебного центра сбила с толку, поэтому, чтобы проверить свою догадку сказал:
  — Раджат, а можно нам Стандартный Десантный Модуль Колониста поставить?
  В ответ мы услышали вопль:
  — Какой еще модуль?! Они пока только в стадии проектирования!
  — Ну такой, как ты сказал: 60 кубов на человека. Нас двое кстати.
  — Вы что, издеваетесь?!
  Я покосился на беззвучно хохочущего Владимира Владимировича. Признак был обнадеживающий, поэтому я продолжил более уверенно:
  — Я же не прошу орбитальный вариант или подводный вариант модуля. Нам хватит и обычного. Для кислородных планет.
  Послышался шум и на пороге появился растрепанный Раджат в заношенном халате. Как я и ожидал — явный индус. Он потрясал кулаками и продолжал кричать:
  — Где я вам найду столько баллов на заказ прототипа в металле?! Берите ключ. — он бросил нам под ноги карточку, забирайте любой свободный кампус или комнату и убирайтесь отсюда!
  Тут в разговор вступил Владимир Владимирович:
  — А вот из своих баллов и из баллов, выделенных на программу и возьмешь.
  — Но…
  — Никаких но! А то зазнался, куратора на пороге держишь, расселением заниматься не хочешь.
  — Но я же… Владимир Владимирович! Подождите! — это он уже кричал нам в спины, потому что куратор подхватил нас за руки и повел отсюда.
  — Раджат, потом, когда я освобожусь, подойдешь ко мне и поговорим. А пока я тебе советую задуматься над тем, что у тебя ребята заказали. И пока не сделаешь, я твои прочие проекты заморожу.
  В ответ мы услышали только горестные стенания и скороговорку слов на незнакомом языке.
  — Раджат! У меня все разговоры пишутся! Я ведь схожу к переводчикам потом.
  Стенания стали громче, но, зато, слова из них совсем пропали.
   Весело насвистывая себе что-то под нос, Владимир Владимирович повел нас дальше:
   — Вот так вот, ребята.
   Я, все еще оставаясь в легком обалдении, решил прояснить ситуацию:
   — А можно вопрос?
   — Нужно!
   — Это у вас всегда так?
   — Гм. Для начала позволь спросить вас, а что именно вам показалось странным?
   Я задумался. Леля же терять время не стала, а прямо на ходу, загибая пальцы, начала перечислять:
   — Баллы, на которые можно даже заказать строительство экспериментальной техники — это раз. Участие студентов в учебной программе — это два. А еще студенты спорят с преподавателями — это три. У вас, по-моему, даже вообще нету какого-то утвержденного плана — сплошные эксперименты — четыре.
   — А еще экстремальное тестирование на входе, — вставил я.
   На лице нашего куратора улыбка расползлась аж до самых ушей:
   — В точку! А одним словом можете все это описать?
   Тут уже я постарался обогнать сестру:
   — Инициатива?
   — Именно! Раз уж вы дошли до этого сами, то объясню вам более подробно, что тут происходит. Как раз успеем по пути к интенданту.
   Владимир Владимирович поднял глаза к небу:
   — С чего бы начать? Ммм… Да! Начнем, пожалуй, со ‘странностей’ нашего учебного центра. Всех новичков мы, для начала, предоставляем самим себе. Ну, то есть, какие-то минимальные процедуры типа регистрации, расселения и медицинского обследования само собой проводятся, но потом они оказываются предоставленными сами себе. Точнее, это они считают, что их бросили, а на самом деле за ними внимательно следят. У новичков случается шок: их забыли, их бросили! Кто-то начинает валять дурака, кто-то пытается обратить внимание остальных на себя, а кто-то начинает попытки разобраться, что к чему и вписаться в учебный процесс.
   Владимир Владимирович внимательно посмотрел на нас с Лелей:
   — Как правило, на то, чтобы понять, кто есть кто, уходит до трех дней. И нас, прежде всего, интересуют именно последние — те, кто начинают сами разбираться и учиться. На самом деле, подсказок для правильного поведения мы предоставляем достаточно. Но все равно, нужные нам люди попадаются реже, чем хотелось бы.
   — Все так плохо?
   — Увы. — Владимир Владимирович вздохнул. — Современный житель улья успевает, до попадания к нам, нахвататься слишком много негативных социальных комплексов, начиная от выученной беспомощности и заканчивая философией потребителя. Конечно, и с таким контингентом мы тоже работаем, нужные нам качества поддаются воспитанию, но гораздо лучше, когда кандидаты УЖЕ ими обладают. О, тут начинается уже совсем