Колонист

Да, определенно, двоих не было. Зато техник был тот самый, у которого она отобрала планшет.
  Ева Анатольевна взяла слово:
  — Итак, позвольте вам представить Хрисанфа Олеговича, нашего, подающего надежды студента. А это члены комиссии. Пока, к сожалению, сокращенным составом, сегодня будут присутствовать только представители от департамента промышленности и департамента безопасности.
  Они коротко кивнули. Я для себя сразу же окрестил их как ‘техник’ и ‘безопасник’.
  — Здравствуйте. Извините за задержку. Нам пришлось немного сместить график работ, но сейчас мы все быстро нагоним.
  Робот, тем временем, шустро собирал шкаф для скафандров.
  — Я сейчас, извините. — Сказал я, вылезая из скафандра. — Скафандр надоел уже. Неделю в нем жил практически не вылазя.
  Оставив, его валяться на полу грудой я развернулся к комиссии:
  — Извините за небольшой бардак, сами понимаете — стройка. Давайте, для начала, пройдем в зал для совещаний.
  На выходе из комнаты я обернулся к роботу, ткнул пальцем в скафандр на полу и сказал:
  — Это потом убрать.
  Неожиданно робот ответил:
  — Принято. Убрать скафандр ВН-12тета серийный номер 347-0012347591 в индивидуальную ячейку номер 01, зарезервированную на имя Нанотеха Хрисанфа Олеговича.
  Блин! Опять Леля чудит! Монтажные роботы реагируют только на прямое обращение и минимальный набор команд, типа ‘стоп’, ‘взять’, ‘положить’ и тому подобное. Если честно, моя фраза в этом смысле была некорректной, он должен был ее просто проигнорировать. Техник остановился и с любопытством стал наблюдать, как робот вернулся к работе и доделывает шкаф.
  Я сказал:
  — Давайте уже пойдем, тут ничего интересного.
  Техник оглянулся на меня и ответил:
  — Да нет, наоборот, очень даже интересно. Извините, а у вас интеллектуальная программа для голосового управления была в изначальной поставке?
  — Эээ… — Я попал в ступор. Изначально, в робота были загружены просто планы создания всего комплекса, и мне надо было только корректировать порядок выполнения работ. Как теперь объяснить его разговорчивость и не попасться на вранье, я не знал. Но говорить что-то надо было. И говорить срочно:
  — Робот, ответь. — Сказал я и с замиранием сердца стал ждать его реакции.
  Тот молча доделал мою ячейку и повесил в нее скафандр. Потом сам(!) сходил за шлемом, валяющимся в углу, и поместил его в туже ячейку и только после этого развернулся к технику и ответил:
  — Пакет программ для интеллектуального голосового управления установлен в соответствии с программой ‘помощник колониста’. Руководитель программы — Нанонех Елена Олеговна.
  Я мысленно застонал.
  Техник, казалось, даже обрадовался. Он обратился к стоящим и ждущим нас в проходе членам комиссии:
  — Антон Васильевич, а что же вы мне не сказали, что у вас появились такие замечательные наработки в области ИИ?
  Я мысленно застонал еще больше. Робот опять подал голос:
  — Интеллектуальная голосовая система ‘помощник колониста’ не может считаться ИИ как проходящая тест Тьюринга только один раз из трех.
  — Однако. — Техник удивился еще больше. — Он всегда у вас такой разговорчивый?
  — Нет. — Ответил я. Потом повернулся к роботу и выразительно, по слогам, надеюсь до Лели дойдет, сказал. — Обычно. Он молчит. А разговор поддерживает только некоторых ситуациях. Когда надо создать иллюзию живого общения.
  И снова робот не смог промолчать:
  — Подверждаю. В мою память заложено несколько тысяч шаблонов стандартных речевых оборотов и фраз. При обнаружении совпадения с одним из образцов, возможно поддержание разговора.
  — Ааа. — Резко поскучнел техник. — И все же…
  Я решил не затягивать эту сцену и оборвал:
  — Давайте уже пройдем в зал для совещаний. Сегодня мы защищаем другую программу.
  — Действительно. — Поддержал меня безопасник. — Мы и так уже десять минут тут топчемся.
  По пути в зал члены комиссии с любопытством оглядывались по сторонам, а я костерил Лелю почем свет стоит: это же надо было такое учудить! Техник же, наоборот, заглядывал, чуть ли не в каждую дыру и засыпал меня кучей вопросов:
  — А материалы все с орбиты? Тут изготовляли? А на чем? А на скольки бальное землетрясение у вас рассчитан комплекс? А коммуникации имеет резервирование? А скольки кратное?
  Я еле успевал отвечать:
  — Нет. Да. На комбайне. На 7 баллов как минимум. Да. Трехкратное.
  Ужо почти дойдя до зала, я заметил, как в соседнем помещении мелькнул Лелин рукав:
  — Извините. — Сказал я. — Проходите пока в зал совещаний, это прямо и сразу налево, а мне надо отлучиться на минутку