«Око за око, зуб за зуб» … Какой мерой воздать за зло? Отплатить той же монетой или проявить милость? Стать кровником или союзником? Судьба распорядилась по-своему, дав шанс погибшему бойцу элитного подразделения начать новую жизнь в мире, где магия и кланы — право сильного. Лишившись магической искры, Колояр пытается восстановить свой Дар с помощью таинственного древнего артефакта «солнечный доспех». Межклановые войны, интриги, поиск друзей и союзников — все это свалилось на голову главного героя, ставшего частью этого мира.
Авторы: Валерий Гуминский
в школе алкоголя. Да и не знаю я, как отреагирует организм на хмель. Не нужно забывать, что из всего захваченного из бывшего мира у меня есть только сознание, модификаторы и возможность корректировать поведение Колояра. А в остальном… Вон, на девчонок реагирует, как и положено.
Я вздохнул, подошел к расписанному яркими красками ларьку, по верху которого шла надпись «Мороженое», купил себе шоколадное эскимо на палочке, аккуратно приспустил обертку и только с наслаждением лизнул холодную сладость, как оторопело замер. По широкой дороге, распугивая автомобили, мчался кортеж из трех машин. Два черных «Зубра» держали в коробочке приземистый «орион-гранд» с плавными обводами и фарами как у хищной кошки, увидевшей добычу. В золотисто-белой машине я разглядел водителя, а на заднем сиденье двух девушек, о чем-то оживленно переговаривающихся. Головной внедорожник, посверкивая мигалкой на крыше, пробил свободную полосу, и все машины, взревев моторами, умчались дальше.
— Княжны Щербатовы, — услышал я женский голос. — Каждый день куда-то ездят…
Я повернулся. Две пожилых дамочки, остановившиеся возле витрины ювелирного магазина, негромко обсуждали только что увиденную картину. Я задумался. У меня было время выяснить кое-какие детали жизни князя Щербатова, составить некий меморандум о семье, о его вассалах, что он за человек… Вспомнил, что у него было пятеро детей от разных жен. Сыновья Павел и Иван от первой, ведущей жены урожденной Самойловой, вассального рода клана Щербатовых, и Олег, самый младший, от второй — Ирины Коршуновой. Ее род тоже входил в клановую структуру князя. И вот как раз две дочери: Елена и Мирослава — погодки, но от разных матерей. Мирослава, кажется, моя ровесница, а ее сестра на два года старше. Между детьми не существует какой-то розни, все живут в одном дворце, а вот между их матерями сохраняется некая напряженность. Чем-то они недовольны друг другом. Где-то я читал или слышал, что Коршуновы по статусу всегда были выше Самойловых, и, тем не менее, Щербатов взял ведущей женой девушку именно из рода Самойловых.
Сам Щербатов, находясь под тяжелой императорской дланью, считается в аристократической архитектуре одним из влиятельных людей, которые запросто входят в кабинет своего сюзерена и продавливают свои прожекты с легкостью тяжелого танка. Не уверен насчет легкости вхождения под святы очи императора, но о его силе знаю не понаслышке. Походя уничтожить один из Первых Родов, зачистить всех союзников, что посмели встать на защиту Волоцких, и при этом не понести никакого наказания… Знаете, это вызывает если не трепет, то осторожность точно. Кобра в террариуме. Спит, кушает. Но стоит зазеваться — тяпнет своими клыками.
Я очнулся. На пальцы стекало мороженое. Торопливо облизав сладкие капли, я принялся за эскимо. Нужно быстро его доесть. Праздничное настроение пропало. Пройдя пару сотен метров по длинной пешеходной дорожке, я вышел к небольшому скверу с уютными тенистыми местами, фонтанчиком в виде прыгающей рыбы, изо рта которой журчала водичка. Где-то гремела музыка, но ее звук приглушался густыми зарослями желтеющего кустарника.
Я доел мороженое, выбросил обертку в мусорный бачок в виде забавного животного, похожего на пингвина с открытым ртом, и сполоснул руки в фонтане. Потом сел на свободную лавочку, решив помедитировать и расслабиться под теплыми лучами осеннего солнышка. Жарох приучил меня не терять времени даром, когда я бездельничаю, и таким вот образом вызывать в своем теле определенные волновые энергетические токи, призванные поддерживать точки, закупоренные браслетами. Ничего сложного. Представляешь себе золотисто-оранжевые нити, пробивающиеся сквозь черноту, связываешь их в единую сеточку и любуешься, как красиво все выглядит.
— А я говорю, отстаньте от меня! — раздался раздраженный девчачий выкрик откуда-то справа. — Нет у меня желания знакомиться с вами!
— Цыпочка еще и клюется! — юношеский ломкий говорок вплетается в непонятные разборки, после чего следует хохот. — Да куда же ты бежишь?
— Вам не подобает так вести себя, молодой человек! — следует отповедь. — А еще из благородной семьи!
— Можно подумать, ты вся такая благородная! Ха! Нищеброды дворянские! Гордые и голые!
Снова взрыв смеха, тяжелого, издевательского.
— Думаешь, я не знаю, из чьей ты семьи? Познакомиться с Колесниковыми уже гордость не велит?
Я открыл глаза, досадуя, что меня прервали от удивительного созерцания расцветающих золотистых цветков внутри себя. Микрокосм — мир атомов и материй, волшебство преобразований. Мне показалось, что я разглядел точки модификаторов, разбросанных по всему телу.
По дорожке,
