Люди, которые отправились в роскошный океанский круиз, могли купить все, о чем другие только мечтают. Жизнь казалась им воплощенным раем, и никто не ожидал встречи с ураганом, бушующим не только в пространстве, но и во времени. Поврежденный лайнер приткнулся к острову, а вокруг лежало Карибское море, и более трех веков отделяло пассажиров и экипаж от родной эпохи.
Авторы: Волков Алексей Алексеевич
Командор требует только необходимое.
– Ну вот и чудненько, – подытожил обмен взглядов Кабанов. – Теперь можно выпить. За нее, за удачу!
– Одного не могу взять в толк, – признался Флейшман. – За что тебя солдаты любили? Ты же их гонял как не знаю кого.
– А кто сказал, что меня любили?
– Григорий.
– Это, наверное, когда я «отбой» командовал, – с невозмутимым видом предположил Кабанов.
– А бывало и такое? – в тон ему осведомился Юрий.
– Мало ли чего бывало за столькото лет! Или могло быть. Теоретически. На практике не припоминается.
– Да… – протянул Флейшман и сменил тему. – И всетаки, как хотите, господа, но я, похоже, за то, чтобы скорее добраться до Европы. Здешний ром – ужасная гадость.
– На другое мы пока не заработали, – вздохнул Командор. – Там тоже бесплатно ничего не нальют.
– Тогда еще одна идея. Помните золотую лихорадку? В принципе, до Калифорнии не такто далеко. Сколько помню, там такие состояния делались! И риска меньше, – вдруг загорелся Флейшман.
– Если не считать похода вокруг мыса Горн, вопервых, и местных индейцев, вовторых. Ну и отсутствия карт, втретьих. Калифорния большая. Хотя в перспективе можно подумать и о таком варианте. Когда хоть какойто капитал будет. И если ты вспомнишь точнее.
– Точнее… – Флейшман задумался. – Если не ошибаюсь, гдето не очень далеко от форта Рос.
– И где будет этот форт? – уточнил Кабанов, хотя ответ он заранее знал.
– Вот этого я точно не скажу. Неподалеку от СанФранциско.
– А оно… Валера, что скажешь?
– Блин! Что я могу сказать без карт? Я в тех краях не был. Да его, помоему, еще и нет.
– Эх, вы, двоечники! Значит, так. Поход в Калифорнию отменяется до тех пор, пока не вспомните, где она находится. Пока же поищем испанцев, голландцев, а лучше всего – англичан. В крайнем случае заглянем на Барбадос.
– Почему на Барбадос, блин? – не понял Валера.
Странное дело, ему вдруг стало легче, и жизнь перестала казаться абсолютно мрачной.
– Ширяев просит. Говорит, хочет посмотреть, откуда капитан Блад выполз. На Ямайке мы уже были, да и неинтересно там сейчас. А Барбадос… Какая разница, с чего начинать? – вроде бы в шутку сказал Командор.
Но глаза его сверкнули так, словно он в самом деле решил пройти через весь Архипелаг, а затем и все американское побережье.
– Пора опробовать новинку, ЖанЖак.
Кабанов говорил спокойно, словно дело происходило в портовом кабачке, а не посреди моря.
– Сомневаюсь я в ней, – признался Гранье и посмотрел на близкую корму галиона.
Корма носила следы недавних многочисленных попаданий. Широкие окна капитанской каюты были разбиты, от балкона остался жалкий фрагмент, а помещавшаяся под ним пара орудий давно умолкла.
– Ты сначала попади, – резонно заметил Командор.
ЖанЖак пожал плечами и хотел чтото сказать, но Кабанов прервал его совсем другим тоном:
– Выполнять!
– Есть выполнять! – машинально подтянулся Гранье.
Всетаки определенную дисциплину Кабанов на бригантине привил. В не особо понятливых – вбил. В полном смысле слова. И, надо сказать, морские разбойнички не обижались. В том мужском монастыре, который был на борту, очень ценились мужская сила и ловкость. Качества, в полной мере присущие Кабанову.
На палубе канониры торопливо забивали в пушки заряды. Так сказать, в соответствии с бессмертными словами классика.
Никакого страха ни у кого я не видел. Каждый на борту занимался привычным делом, а что до галиона, искалито мы его, а не он нас.
Всю дорогу Кабанов усиленно заставлял нас маневрировать по пустому морю. Флибустьеры и без того превосходили остальных моряков своего времени в умении владеть кораблем, и учились не столько они, сколько мы.
Зато теперь не составляло труда выплясывать на бригантине вокруг испанца так, что мы ни разу не оказались на траверсе его бортов. Наша бригантина превосходила неповоротливый галион и по скорости, и по маневренности, поэтому игра шла в одни ворота. Мы просто висели на хвосте противника, время от времени разворачиваясь то одним бортом, то другим, давали залп и опять устремлялись в погоню.
В подобном маневре для флибустьеров не было ничего нового. При несоразмерности огневой мощи галиона и небольших пиратских суденышек состязаться в артиллерийской дуэли не было никакого резона. Стоило бригантине угодить под полновесный бортовой залп испанца – и ощущения будут такими, будто на нас обрушился кузнечный молот. Да и последствия, боюсь, могут оказаться плачевными.
Разница была лишь в том, что пираты старались как можно быстрее пойти на абордаж,
