Люди, которые отправились в роскошный океанский круиз, могли купить все, о чем другие только мечтают. Жизнь казалась им воплощенным раем, и никто не ожидал встречи с ураганом, бушующим не только в пространстве, но и во времени. Поврежденный лайнер приткнулся к острову, а вокруг лежало Карибское море, и более трех веков отделяло пассажиров и экипаж от родной эпохи.
Авторы: Волков Алексей Алексеевич
количество матросов, а канониры во главе с Гранье старательно изображали усталых зевак, взирающих с борта на желанный берег.
– Удачно стоят, – кивнул я на фрегаты. – Умельцы ставили.
Корабли расположились один за другим, но не в кильватер, а строем пеленга, словно их капитаны решили подыграть нам в нашей задаче.
Стоявший с нами на квартердеке Коршун никак не мог понять, на что мы рассчитываем в самом логове льва. Он прекрасно знал возможности бывшей своей бригантины, а вот наших сюрпризов в деле пока не видел.
– Куда прешь! – окликнули нас с головного фрегата и добавили такое, что я при всем желании вряд ли смог перевести на русский язык.
Мы проходили почти вплотную к борту британца, и те боялись, что мы ненароком врежемся в них.
Напрасно. На руле у нас стоял Кузьмин, а уж онто в подобных делах был подлинным асом.
А вот чего не опасались британцы, так это того, ради чего мы затеяли довольно рискованный маневр. Иначе они бы уже поднимали команду по боевой тревоге. Хотя делать это было настолько поздно, что могли бы и не стараться.
– Поднять флаг!
Веселый Роджер с ухмыляющейся кабаньей мордой взвился мгновенно, за секунду до следующей команды.
– Пли!
Пять мортирок правого борта аккуратно перебросили свои горячие подарки на палубу фрегата.
С секундной задержкой прогрохотали шесть пушек. Они не могли одни вывести из строя большой корабль, но шквал картечи проредил вахтенных и шатающихся без дела моряков.
До второго фрегата было подать рукой. Благодаря его расположению, мы могли оставить его по левому борту, и тот факт, что на нем началась бестолковая суета, ничего не менял в его судьбе.
Только на этот раз прежде была картечь, а зажигалки – на десерт. И все это в упор, хоть иди на абордаж.
Горящая смесь из масла, смолы и спирта, сдобренная для пущего эффекта рассыпанным порохом, – великолепная штука для сухих просмоленных насквозь деревяшек. Оба фрегата послушно запылали, и напрасны были жалкие потуги команд хоть както сбить стремительно набирающее силу пламя.
В довершение ко всему на одном из фрегатов не то была зачемто открыта крюйткамера, не то огонь просто не нашел на пути к ней достаточных препятствий.
Рвануло так, что горящие обломки далеко разлетелись по бухте. От них загорелись стоявшие поблизости купец и какаято фелюга, а на остальных судах началась такая паника, что ни о каком сопротивлении речи больше не было.
С уцелевшего фрегата торопливо спускались шлюпки. Мы видели драку на борту, видно, шел дележ мест, и никто уже не пытался бороться ни с огнем, ни с нами.
Для пущего эффекта мы дали по залпу из пушек каждого борта. Ядра ушли к стоявшим в отдалении судам. На одном из них обломилась мачта, но морякам еще страшно повезло.
«Магдалена» поравнялась с какойто бригантиной, и Гранье сноровисто послал ей в подарок очередную порцию зажигалок.
С другого борта оказался небольшой двухмачтовик, и на него ЖанЖак истратил только одну бомбу. Так сказать, в соответствии с размерами.
И совсем повезло оказавшемуся у нас на пути низко сидящему купцу. Кузьмин провел «Магдалену» вплотную, так что мы едва не сцепились такелажем. Десяток флибустьеров немедленно воспользовались случаем, проворно перепрыгнули на чужую палубу и в какихто две минуты овладели ценным призом.
А как кусал локти Коршун! Мысль о том, что он сглупил, поддался на уговоры, в итоге же упустил шанс оказаться в числе победителей, перекосила его лицо в страшной гримасе. Бывший капитан покраснел, казалось, его хватит удар, да только ни у кого не было времени заниматься его здоровьем.
– Шлюпки на воду!
Народу в каждую набилось столько, что мы почти черпали воду бортами.
Позади нас пылали корабли, впереди лежал берег, на котором мне уже доводилось бывать.
Во второй раз горожане отнеслись к моему визиту, как к каре небес. Разбуженные взрывами и пальбой, они торопливо выскакивали из домов, замечали развевающийся над «Магдаленой» флаг и без лишних разговоров пускались прочь.
Наиболее хладнокровные седлали для этой цели коней или запрягали всевозможные повозки, а подавляющее большинство вверяло свою судьбу ногам. При этом многие даже не дали себе труда подобающе одеться и вышли на дистанцию, кто в чем был. Вплоть до разнообразных ночных рубашек, халатов, колпаков.
Далеко за городом в небе вспыхнула красная ракета. Ширяев извещал, что отряд уже недалеко от окраин и сейчас рассыпается в широкую цепь.
Наконец шлюпка уткнулась в берег. Мои орлы выскочили, с криками и свистом пустились в погоню за жителями, а сам я направился к губернаторскому дворцу. Не бегом, надо же соблюдать достоинство, но предельно быстрым шагом.
Сзади с оглушительным
