Люди, которые отправились в роскошный океанский круиз, могли купить все, о чем другие только мечтают. Жизнь казалась им воплощенным раем, и никто не ожидал встречи с ураганом, бушующим не только в пространстве, но и во времени. Поврежденный лайнер приткнулся к острову, а вокруг лежало Карибское море, и более трех веков отделяло пассажиров и экипаж от родной эпохи.
Авторы: Волков Алексей Алексеевич
выхода из строя флагмана корабли. Самого флагмана было не видно, лишь густо плавали обломки, да между ними сновало несколько шлюпок. Обломки явно указывали на взрыв, хотя в горячке боя я, помоему, не слышал никакого грохота.
Или было не до того?
А вот позади нас дела были посерьезнее. Флибустьерские бригантины сгрудились вокруг одного из фрегатов, там кипела абордажная схватка, другие же фрегаты…
Один фрегат пытался уйти, и его преследовала наша «Лань». Намного меньше противника, она внушала ему такой ужас, что испанец даже не пытался отстреливаться.
У двух других мужества оказалось намного больше. Они не только не вышли из боя, но очертя голову шли отбивать захваченный галион.
Испанцы старались зайти с обеих сторон. Было бы у меня побольше людей, я попытался бы дать им достойный ответ, но после понесенных потерь…
Не бросать же доставшийся с таким трудом трофей! Да и стыдно показывать корму, почти одержав победу.
– ЖанЖак, давай на фрегат! Подпустишь испанца поближе и попробуешь устроить из него факел. А я тем временем угощу его приятеля.
Гранье молчаливо кивнул. Он полностью разделял мои чувства и тоже не хотел ретироваться без отчаянного боя.
Хорошо, что парусники ходят медленно. С оставшимися на галионе флибустьерами мы успели зарядить не меньше половины орудий, когда испанский фрегат наконец стал сходиться с нами вплотную.
К нам спешила подмога. Заметив затруднительное положение «Вепря», Сорокин бросил погоню и теперь двигался в нашу сторону. Жаль лишь, что до «Лани» было значительно дальше, чем до испанских фрегатов…
– Пли!
Галион с десятка метров плюнул картечью в своего недавнего собрата. Это не могло остановить испанцев, но хоть немного проредило их ряды.
Корабли сошлись в абордаже. Теперь по морю дрейфовало уже три корабля, и нашей задачей было задержать противника на палубе галиона, не дать ему перехлестнуться на «Вепрь». А там Гранье пусть достойно угостит еще одного явно лишнего противника.
И Гранье угостил. Пушки нижней батареи всадили в борт испанца порцию ядер, верхней – полили его палубы картечью, а мортирки переслали врагу свой пламенный привет.
Этого оказалось для испанцев слишком много. Они проскочили мимо цели – побитые, горящие. Существовал шанс, что их капитан сообразит: лучше в таком положении перебраться на сцепленные корабли, свой же бросить. Только для этого еще требовалось проделать достаточно сложный маневр…
Для меня же все вновь кружилось в карусели боя. Я лишь мельком подмечал ход сражения с другой стороны галиона, залп Гранье, отход фрегата…
Мы бы не продержались. Превосходство испанцев было минимум четырехкратным, да только с «Вепря» на помощь бросились все, кроме дежурных у пушек, и даже Петрович с какимто диким криком размахивал саблей.
Испанцы отхлынули, не выдержали натиска нашей немногочисленной подмоги, однако опомнились и устремились в повторную атаку.
И снова нам пришлось тяжело. До того самого момента, когда горящий фрегат разлетелся в грохоте взрыва. Это подействовало на противника отрезвляюще, они потеряли боевой задор, а тут наконецто подошла «Лань»…
Я человек не воинственный. Даже в детстве в войну почти не играл. Просто жизнь повернулась так, что добывать себе капиталы приходится по старинной пиратской формуле «ножом и пистолетом». Да и то на правах шкипера на абордаж я не лезу, предпочитаю оставаться на корабле.
Но в этот день настроение у меня было иное.
Вид фрегатов, готовящихся атаковать нашего «Вепря», поневоле пробудил желание показать наглецам, где зимуют карибские раки. Под угрозой оказались Командор, Валера, Гриша, остальные ребята, волею судьбы самые дорогие для меня люди.
«Лань» неслась к месту схватки на всех парусах, нам же хотелось, чтобы она летела.
Флибустьеры не бросают своих в беде. Если ты хоть раз не придешь на помощь, то когданибудь не придут на помощь тебе. Поэтому дружба среди скитальцев морей ценится выше остальных чувств, даже выше любви.
Мы пристали к испанцу так, что борта обиженно затрещали. С фока полетел обломившийся кусок реи. От столкновения едва удалось удержаться на ногах, но в следующее мгновение люди неудержимой лавиной бросились на чужую палубу.
Я не отстал. Напротив, оказался на испанце в числе первых. Словно речь шла о соревнованиях по скоростному перебрасыванию с корабля на корабль, и победитель должен был получить роскошный приз. Хотелось рубить, колоть, рвать на части каждого, кто окажется на пути. Внутри проснулся зверь, причем зверь страшный, из доисторических эпох, когда когти
