Люди, которые отправились в роскошный океанский круиз, могли купить все, о чем другие только мечтают. Жизнь казалась им воплощенным раем, и никто не ожидал встречи с ураганом, бушующим не только в пространстве, но и во времени. Поврежденный лайнер приткнулся к острову, а вокруг лежало Карибское море, и более трех веков отделяло пассажиров и экипаж от родной эпохи.
Авторы: Волков Алексей Алексеевич
– В ПтиГоав, говоришь? Хорошо! – В глазах флибустьера мелькнули недобрые огоньки. – Пойдем в ПтиГоав. Значит, так. Будешь слушаться – может быть, останешься в живых. Нет – и разговоров нет.
Дожидаться ответа пират не стал. Вместо этого он коротко бросил Коршуну:
– Отбери из команды тех, кто согласен идти с нами. Остальных за борт.
Коршун с готовностью кивнул и устремился на палубу. Говорить матросам о выборе он не стал. Просто предложил желающим присоединиться к флибустьерам.
Стать пиратами захотело два десятка человек. Ктото прельстился возможной добычей, ктото, возможно, догадался о судьбе несогласных.
С последними церемониться никто не стал. Как и выслушивать запоздалые желания о выступлении под Веселым Роджером. Их просто пустили по доске, да еще азартно покрикивали, глядя, как несчастные моряки барахтаются в воде.
Толстый Жак отстраненно проводил взглядом обреченных людей. Никакой жалости к ним он не испытывал. Своя рубашка ближе к телу, и каждый сам выбирает судьбу.
– Теперь ты, – повернулся к нему женственный предводитель.
Добавлять чтото пират не стал.
– Я что? Я согласен, – хрипло оповестил Толстый Жак. – Вместе так вместе.
ПтиГоав, подобно большинству французских поселений, переживал далеко не лучшие времена. Часть жителей еще до войны переселилась на английские территории, а оставшиеся были по рукам и ногам опутаны всесильной ВестИндской компанией. Когдато оживленная бухта была почти пустынной. Две бригантины, две пары барок да одинокий купец – вот и все суда, вольготно расположившиеся на пустой глади.
Приход хорошо знакомой жителям «Толстушки Анны», да еще в сопровождении фрегата, поневоле вызвал некоторое оживление на берегу. Люди собирались в надежде узнать новости из далекой метрополии, ктото радовался прибытию заказанных товаров, многие просто пришли поглазеть на входящие в бухту суда. Наиболее зоркие даже разглядели знакомую фигуру Толстого Жака, как всегда, стоявшего на квартердеке своего корабля.
Встречный ветер мешал прибывшим. Суда вползали в бухту медленно, и шлюпка с портовым чиновником подошла к оказавшемуся ближе купцу, словно он стоял на месте.
Пока чиновник карабкался на борт, фрегат обогнул соплавателя и не спеша двинулся дальше в бухту.
В собравшейся на берегу толпе раздались возгласы одобрения. Здесь было много моряков, и они знали толк в сложном маневрировании.
Среди зевак был Антуан, давний спутник Командора. Он прибыл в городок с целью вербовки флибустьеров для нового похода. Здесь же временно обосновалась «Фортуна», бригантина Буатье.
Фрегат поравнялся со стоявшими кораблями. Вдруг французский флаг на нем дернулся, пополз вниз и застрял на половине пути. Навстречу ему скользнул другой, черный, с изображением большой кошки, и два полотнища затрепетали рядом.
Орудийные порты откинулись, и практически сразу последовал громогласный залп. Оказавшаяся на траверсе пирата бригантина вздрогнула. Пороховой дым скрыл происходящее на ее палубе, но было ясно, что неожиданный удар достиг цели.
Все это здорово напомнило Антуану их собственный визит в британские воды.
Пиратский фрегат навалился на поврежденную бригантину, и толпа морских разбойников с криками устремилась на чужой корабль.
Одновременно с другого борта последовал еще один залп по стоявшим в отдалении баркам.
Предугадать дальнейшее было нетрудно. Во всяком случае, для Антуана.
Из клубов дыма показались шлюпки. Сидевшие в них флибустьеры отчаянно налегали на весла, стараясь как можно быстрее достичь берега.
По большому счету пиратов было не так уж и много. Среди жителей было достаточно людей, умевших владеть оружием, только этого оружия практически никто с собой не взял. Толпа поневоле отхлынула, а следом, как часто бывает при неожиданностях, в ней началась паника.
В отличие от многих Антуан имел при себе и саблю, и пистолеты. Но не сражаться же одному на открытом ветрам и пулям берегу! Головы флибустьер не потерял, однако вместе со всеми был вынужден торопливо броситься прочь.
Сцепившиеся в абордаже корабли несколько развернуло, и воспользовавшиеся этим пираты дали залп по городу.
Его трудно было назвать прицельным. Два или три ядра ударили в убегающую толпу, столько же зацепили дома, а остальные пропали даром. Но эффект, надо признать, был достигнут.
Паника овладела людьми, отовсюду слышались крики, и ни о каком организованном сопротивлении теперь не могло быть и речи.
Еще хуже дело обстояло в гавани. Немногочисленные вахтенные на судах не могли ни сопротивляться, ни увести корабли прочь. Единственным исключением оказалась «Фортуна». Старый
