Люди, которые отправились в роскошный океанский круиз, могли купить все, о чем другие только мечтают. Жизнь казалась им воплощенным раем, и никто не ожидал встречи с ураганом, бушующим не только в пространстве, но и во времени. Поврежденный лайнер приткнулся к острову, а вокруг лежало Карибское море, и более трех веков отделяло пассажиров и экипаж от родной эпохи.
Авторы: Волков Алексей Алексеевич
Форинов жадно следил за каждым движением вояки. Видно, ему очень хотелось узнать мнение профи.
– Вещь! – коротко ответил Кабан. – Из такого и пострелять приятно.
– Ты когданибудь охотился? – заинтересовался Пашка.
– Приходилось, – скупо улыбнулся Сергей. – Хотя гораздо чаще не на животных, а на людей.
– На людей? – До Пашки как всегда дошло не сразу. – А… спецназ?
– Десант. Командир разведроты, – лаконично ответил Кабан.
Пашка уважительно присвистнул. Сам он служил срочную не то в стройбате, не то писарем при штабе, и на вэдэвэшников поглядывал с невольным уважением. Этому не мешала даже изрядно подмоченная репутация современной армии. Хотел бы я знать, долго ли продержался бы Кабанов против «зеленого берета».
– Ладно. – Эксдесантник с некоторым сожалением вернул карабин в чехол. – Так мы и до вечера просидим. Пошли, что ли?
Мне уже давно расхотелось кудато идти, но сидеть на месте было и в самом деле глупо, а возвращаться с полпути – еще глупее. Я поднялся, проклиная про себя свой длинный язык. И дернуло же меня напроситься в это путешествие!
Мы затоптали костер и двинулись дальше. Порядок движения остался прежним, только теперь шедшие впереди негромко переговаривались. Выпитое подбивало к болтовне и меня, и я спросил у штурмана:
– И всетаки, где мы можем быть? Чудес ведь на свете не бывает. Могло нас отнести ураганом?
– В тропики – нет. Ураган шел на северовосток, а мы двигались ему навстречу, – без особой уверенности объяснил Ярцев.
– Вот и пришли, – усмехнулся я. – Наверное, развили такую скорость, что и ураган не смог удержать.
– Наверное, – вежливо усмехнулся штурман, хотя чувствовалось, что ему совсем не до смеха. Как ни верти, в случившемся была и его доля вины. Отвечать за прокладку курса и не знать, куда же нас занесло и каким образом?
А интересно: каким? Законы природы неизменны. Исходя из них, мы никак не могли оказаться среди пальм. Не мерещатся же они! Или ошибка в курсе была допущена еще при выходе из ЛаМанша? Тоже невероятно. Вопервых, дойти до тропической зоны мы не могли при любом курсе, а вовторых, местонахождение судна фиксируется со спутников, а аппаратура отказала только после встречи со смерчем.
Кстати, может, он нас и перенес? Нет. Время нашего пребывания в нем исчислялось секундами. Концы с концами не сходятся. И направление не то, и скорость должна превышать звуковую. Или это вариант Бермудского треугольника? Вот уж во что никогда не верил! «И бермуторно на сердце, и бермутно на душе…»
Да, похоже, нам еще долго не понять, как сюда попали. И надо же было влипнуть в историю! Теперь только и осталось, что бессильно махать кулаками, а драка тем временем давно прошла.
Черт с ним. Приключение приключением, но пора возвращаться в лоно цивилизации. Заодно дадим ученым пищу для размышлений. Все равно на большее они не способны, вот пусть и высасывают из пальца замысловатые гипотезы о мгновенном пространственном перемещении морских лайнеров.
– …твою мать! – Ярцев засмотрелся по сторонам и, споткнувшись о корень, растянулся во весь рост.
– Что?! – Кабан выскочил изза кустов с таким видом, точно ожидал нападения.
– Да вот Валера тебе позавидовал и тоже решил обзавестись пятнистой формой, – съязвил я, наблюдая, как штурман с сожалением разглядывает зеленые пятна на белых штанах. – Сам знаешь, что русский человек ничего без мата делать не умеет. На том и стоим, даже когда падаем. Ты бы хоть бинокль за спину закинул, пока форму окрашиваешь, – сказал я Ярцеву. – Не ровен час разобьешь. При твоихто методах…
– Иди ты… – смущенно отозвался штурман, стараясь как можно незаметнее проверить, уцелел ли бинокль.
– Иду. Даже не иду, а карабкаюсь. Тот, кто проектировал эту гору, явно забыл снабдить ее эскалатором.
– И вертолет на берегу оставить для полного счастья, – продолжил Кабан. – Пять минут – и на вершине.
Посмеиваясь, двинулись дальше. Цель была настолько близка, что каждый из нас уже предвкушал вид на панораму лесов и какуюнибудь асфальтированную дорогу, ведущую из пункта А в пункт Б, а заодно и сами эти пункты.
Но, добравшись до вершины, мы едва не завопили от разочарования. И вовсе не изза отсутствия пунктов А, Б, В и так далее, и даже хотя бы паршивенькой дороги – вернейшего признака цивилизации. По ней если пойдешь, то куданибудь да придешь.
Со всех сторон мы увидели море. Как заправские робинзоны, мы очутились на необитаемом острове…
Жмыхов и сам не заметил, когда поседел. Седина была у него и раньше, пятьдесят два года – не шутка, но коегде волосы умудрились
