Командор. Гексалогия

явно жалел, что не может вздернуть паникеров с той же легкостью, как какогонибудь провинившегося матроса.
– Оставить гденибудь баб и тогда уже подойти к Кингстону, – попрежнему бегая глазами, сообщил Коршун.
– Где?
– Где угодно. На Барбадосе, еще на каком острове. Пока баб нет, у нас будет крупный козырь.
– Милан верно говорит, – неожиданно встрял Артур. – Без баб будет сподручнее.
– А сколько потом тащиться до вашего Барбадоса?! – в очередной раз возмутился Роб. – К черту! Так и будем шастать по островам? Их здесь столько…
– Можно где поближе, – пошел на уступки Коршун. – На другом конце Ямайки. Выделим охрану, и пусть там сидят.
Ягуар явно хотел сказать чтонибудь резкое, однако подумал и кивнул:
– С другой стороны Ямайки – можно. Дадим знать лорду Эдуарду. Он наверняка давно волнуется, куда мы пропали.
Достигнутый компромисс до поры до времени устроил всех. Даже матросов, целая делегация которых заявилась ближе к вечеру. Только до Ямайки еще надо было дойти. Тоже не так просто, учитывая, куда отнес «Кошку» ненужный шторм.
И снова вечером леди Мэри не спалось. Поневоле терзали мысли о провале так хорошо задуманного похищения. Ну, не совсем провале, однако всетаки…
План был так хорош! Благодаря ему Командор полностью выводился из игры. Более того. Главным выкупом предполагалось потребовать от флибустьера сдаться на милость, а деньги должны быть не более чем довеском.
И ведь так хорошо все началось! Если бы не ураган…
Про себя Мэри была отнюдь не уверена, будто все кончилось. Командор наверняка успел побывать на Ямайке. Если пытался взять Кингстон с налета, то получил свое. Только не полезет же он крушить и громить, пока его женщины (Мэри передернуло в очередной раз от неслыханного разврата) находятся в руках у врага! Должен попробовать както договориться. Выкуп – вполне обыденное дело. Сам же брал с лорда и с сэра Чарли.
Только никаких женщин в Кингстоне нет! Нет – по ее вине. И по вине урагана.
А тут еще неожиданное паникерство офицеров! Коршун никак не может забыть провал предыдущего плана, где он должен был сыграть главную роль, да не смог. А теперь трепещет при одном упоминании имени Санглиера. Как только согласился на предложенный план?
О встречном плане Коршуна, связанном с сундуками флибустьерского Командора, Мэри, конечно, не подозревала. Она настолько сильно мечтала наказать противника, что не понимала никаких других желаний.
Ни на кого нельзя всерьез опереться! С виду смелые мужчины, а так боятся Командора!
Мысли в очередной раз перешли в воспоминания, и Мэри наконецто погрузилась в приятное сновидение.
Из тех, о которых никогда и никому не рассказывают…

Валера по десять раз за день старательно рассчитывал, куда могло унести «Кошку». Какими предпосылками он при этом руководствовался, не знаю. Однако смог же он отыскать наш первый в этом мире остров, при том, что мы не имели ни малейшего понятия ни о его названии (которого, вроде бы, и не было), ни о точных координатах.
Хотелось верить, что и сейчас таланты нашего шкипера не пропадут втуне, принесут реальные плоды. Очень хотелось бы. Только умом я понимал: даже если Ягуар гдето неподалеку, реальных шансов найти его почти нет. А он ведь вполне может давнымдавно стоять на Ямайке, а то и…
Я порою думал: может, надо было не бороздить наиболее вероятные районы, а затаиться гденибудь у Кингстона? Даже если ураган отнес «Кошку» в сторону, как нас, все равно она обязана вернуться в родную гавань.
Или не должна? Что помешает Ягуару спрятать добычу на любом из островов британской короны? А уж потом через какихнибудь посредников выйти на меня с требованием или выкупа, или моей головы. С его стороны был бы не худший ход. А уж в уме своему противнику я отказать не мог. Как по предыдущим его налетам, так и по ловкости, с которой были похищены Наташа и Юля.
Я не знал, как долго команда согласится выполнять мои приказы. Одно дело – выйти в погоню, и совсем другое – болтаться посреди моря в тщетной надежде, что судьба на нашей стороне и пошлет нам в руки врага.
Хорошо хоть, что продуктами мы теперь были обеспечены. Да и захваченные ценности весьма способствовали поднятию духа.
Сказал бы мне кто пораньше, что придется убивать не по долгу присяги, не для самозащиты, а в буквальном смысле ради пропитания, не поверил бы. Теперь же не чувствую и тени раскаяния. Точнее – загоняю редкие угрызения совести в такую глубь души, из которой им не выбраться.
За время крейсерства нам дважды попадались купеческие суда. Один англичанин и один испанец. В обоих случаях никакого боя