Люди, которые отправились в роскошный океанский круиз, могли купить все, о чем другие только мечтают. Жизнь казалась им воплощенным раем, и никто не ожидал встречи с ураганом, бушующим не только в пространстве, но и во времени. Поврежденный лайнер приткнулся к острову, а вокруг лежало Карибское море, и более трех веков отделяло пассажиров и экипаж от родной эпохи.
Авторы: Волков Алексей Алексеевич
на мой авангард. А там – как повезет.
Пока везло.
Без связи плохо, однако сигналить я не решался. Стоит какомунибудь не в меру глазастому британцу или голландцу заметить огонек, и весь маневр накроется медным тазом.
Лишь спустя два часа, когда, по всем расчетам, наши преследователи должны были оказаться далеко за кормой, я приказал послать короткий сигнал. Ответом были три огонька. Остальных мы не дождались.
Но и три неплохо. Мы свернули чуть мористее, чтобы хотя бы отдалиться от опасного берега. Идти сразу стало веселее. Команды смогли повахтенно отдохнуть. Я и сам поспал пару часов. Хоть как командующий флотилией был в ответе за все, однако дурная от усталости голова еще никому и никогда не помогала.
Отдых на войне не роскошь, а необходимость.
Ближе к утру мы стали более активно обмениваться сигналами. Но уже не с тремя кораблями, а только с двумя. И лишь еще позже вдали замаячил приветливый огонек. Судя по выдуманным нами позывным, не хватало двух фрегатов и бригантины. Еще не так плохо для ночного плавания. Тем более оставалась надежда, что пропавшие самостоятельно подойдут к точке рандеву. Капитаны там опытные. Вряд ли запаникуют, оставшись одни.
Потом в положенное время тьма стала сменяться сумерками. Не короткими, как на уже привычном юге, а неторопливыми, северными.
В постепенно расходящейся мгле наши корабли сблизились. Гораздо приятнее видеть соратников рядом. Даже настроение становится другим.
– Там впереди два корабля, – заявил мне ЖанЖак.
Для меня на море виднелись лишь какието малопонятные расплывчатые пятна. Но я доверял зрению своего бессменного канонира больше, чем своему, и привычно скомандовал:
– Два румба влево! Прибавить парусов!
Последнее потому, что хотелось добраться побыстрее. Ведь наверняка это опередившие нас наши же корабли.
– Стоят на якорях. Паруса убраны, – сообщил ЖанЖак. И чуть другим тоном: – А ведь один из них – линкор.
Это автоматически означало, что перед нами враги. Кораблей подобного класса у нас просто не было. Подмогу же нам никто посылать не станет. Да и куда ее посылать?
– Орудия к бою! Приготовиться к абордажу! – Нападение – лучший способ выживания. Истина, усвоенная мной во время карибских походов. – Атакуем с ходу! Передать на остальные корабли! Стрелять только в упор, если не будет выбора.
Сам я надеялся, что выбор будет. Конечно же, в нашу пользу.
Мы едва не летели навстречу судьбе. В правильном бою линкор мог порядком поколошматить своей тяжелой артиллерией, и оставалось надеяться лишь на стремительность маневра.
Британцы заметили нас слишком поздно. Мы подходили почти с запада, с темной стороны горизонта. Да и не сразу определишь, что за корабли уверенно идут на сближение. Намто по всем канонам полагалось бы немедленно удирать.
Не любитель я стандартных решений.
На вражеских кораблях засуетились. И линкор, и фрегат стали поднимать якоря. На мачты торопливо полезли марсовые. Заиграл горн, приказывая заряжать орудия. Но пока их еще зарядишь…
Высокий борт линкора оказался совсем рядом. Мы накатывались на него, и уже не было силы, способной предотвратить неизбежное.
– На абордаж!
И рев команды повторил следом:
– На абордаж!
Когда звучит сигнал вперед,
В бою никто не отстает,
И каждый хочет жизнь свою продать дороже…
Жаль, не было над нами Веселого Кабана.
Но некогда жалеть. Шпага в руке, борт – рядом.
Столкновение…
– Признаюсь вам как старому другу, Эдди, коекто был сильно недоволен вашими действиями в ВестИндии. А некоторые попытались пойти еще дальше и причислить вас к тайным сторонникам свергнутого короля. – Первый лорд Адмиралтейства скупо улыбнулся, показывая, что он сам ни за что не поверил бы подобной ерунде. – Но они слишком перегнули палку. Ваша верность Вильгельму неоспорима. Однако тяжелое положение островов…
Его собеседник подождал, не последует ли продолжение, и лишь когда удостоверился, что речь пока закончена, ответил:
– Такое положение сложилось еще до моего прибытия на Ямайку. Более того, по нерасторопности команды фрегата я, как вам несомненно известно, по пути попал в плен.
Первый лорд важно кивнул, подтверждая, мол, известно.
– Когда же плен закончился, положение островов было плачевным. Эскадра погибла по вине командора Пирри и моего предшественника, недооценивших противника. Кингстон подвергся налету. В итоге на день моего
