Люди, которые отправились в роскошный океанский круиз, могли купить все, о чем другие только мечтают. Жизнь казалась им воплощенным раем, и никто не ожидал встречи с ураганом, бушующим не только в пространстве, но и во времени. Поврежденный лайнер приткнулся к острову, а вокруг лежало Карибское море, и более трех веков отделяло пассажиров и экипаж от родной эпохи.
Авторы: Волков Алексей Алексеевич
баронета оставалось почти сорок минут.
Сэр Чарльз тоже посмотрел на циферблат. На лице толстяка явно просвечивало желание поделиться какимито новостями. И сомнение: стоит ли это делать?
Хорошо его знавший, лорд немного подождал результата внутренней борьбы и, не дождавшись, предложил:
– Рассказывайте. Насколько я понял, речь пойдет о грядущем визитере. Он чтото натворил?
Имелись в виду не обязательно какиенибудь безобразия или нарушение норм приличия. Иногда натворить можно словом, рассказав не тем людям про вещи, само существование которых следует держать в тайне.
– Судя по дошедшим до меня слухам, Питу удалось пленить Командора, – заговорщицки прошептал толстяк.
– Как? – Эдуарда было трудно удивить, но сейчас он был просто поражен новостью.
Сэр Чарльз осмотрел гостиную и тянущийся от нее коридор, явно побаиваясь, что к ним сюда некстати, как в прошлый раз, заявится леди Мэри.
– Моя дочь отправилась на верховую прогулку, – понял друга лорд Эдуард.
– Один весьма высокопоставленный друг по ту сторону канала, – Чарльз кивнул в сторону стены, словно пролив находился сразу за ней, – известил в частном порядке баронета, что Командор на одном фрегате отправился сопровождать купеческие суда до Дюнкерка и обратно. Вот Пит его и подкараулил. У него было четыре первоклассных фрегата против одного легкого французского. Хотя, – сэр Чарльз улыбнулся не без довольства, – полного успеха достигнуть не удалось. Наш старый знакомый умудрился связать боем весь отряд баронета. Более того, потери в людях на кораблях оказались настолько большими, а сами фрегаты настолько избиты, что один из них даже пришлось утопить самим. В противном случае, по свидетельствам очевидцев, не хватило бы моряков даже чтобы пройти короткое расстояние от места боя до ближайшего порта.
– А Командор? – Лорд слушал с невольной жадностью.
Пленение былого противника вполне может послужить поводом для обвинений его, лорда Эдуарда, в качестве эксгубернатора колоний. Мол, одолели же вашего флибустьера. Так почему же вы не могли этого сделать?
– Его захватили раненым, без сознания. Насколько понял, с ним лишь один из былых офицеров. А так – вся команда набрана совсем недавно уже во Франции. Буквально накануне моего отъезда прошел еще один слух. Будто баронет собирается подлечить Командора, однако лишь для того, чтобы вздернуть его по обвинению в пиратстве. То, что у Санглиера есть официальный каперский патент от французского короля, Пита не смущает. Как и то, что Санглиер – кавалер ордена Святого Людовика.
– Санглиер является кавалером? – переспросил Эдуард. Пусть в данном случае особого удивления не испытывал.
Кавалерами становятся или по древности рода, или по заслугам. Как с древностью, в случае с Командором неясно, всетаки объявился он из Московии, то есть откровенной глухомани, по сравнению с которой даже колонии покажутся процветающими и культурными странами, но заслуг перед короной у Санглиера более чем достаточно.
Жаль только, что перед французской короной.
– Вы говорите – повесить? – с некоторым запозданием дошло до лорда Эдуарда.
– Именно так, мой дорогой друг, – подтвердил сэр Чарльз.
В принципе, Эдуард не возражал бы против смерти Санглиера. Но сами собой возникали возражения.
Вопервых, позорная смерть шла вразрез с законами войны. Известие о незаконной казни обязательно дойдет до французского короля и его приближенных, и те в свою очередь могут точно так же поступить с любыми пленными британскими офицерами. Без всякой зависимости от их предыдущих дел.
Вовторых, одно дело добить противника втихаря, однако, раз просочившись, слухи станут достоянием всего высшего света. Пусть Пит – племянник самого первого лорда; человеку, обесчестившему свое имя, никакого пути в порядочное общество нет. И выдавать за такого дочь нельзя. Дабы она не разделила опалу мужа.
А втретьих… Вернул же Командор Мэри целой и невредимой. Более того, постарался, чтобы с ней ничего не случилось на обратной дороге. Хотя мог просто оставить в джунглях, не заботясь о ее дальнейшей судьбе.
Элементарная порядочность требовала, чтобы к Санглиеру тоже было проявлено некоторое снисхождение. Это в колониях он был главным противником. Там требовалось вывести его из игры любыми методами. Здесь Эдуард ни за что не отвечал, следовательно, врагов иметь не мог. И даже благо Англии не требовало гибели бывшего флибустьера. Напротив, казнь сильно могла ударить по престижу. Тем более пленный навредить больше не мог.
Бывший губернатор старательно обдумал со всех сторон сложившееся положение и лишь затем покосился на старого друга.
Похоже, толстяк думал
