Люди, которые отправились в роскошный океанский круиз, могли купить все, о чем другие только мечтают. Жизнь казалась им воплощенным раем, и никто не ожидал встречи с ураганом, бушующим не только в пространстве, но и во времени. Поврежденный лайнер приткнулся к острову, а вокруг лежало Карибское море, и более трех веков отделяло пассажиров и экипаж от родной эпохи.
Авторы: Волков Алексей Алексеевич
накурено и темно. Снаружи только и видно, что там мелькают какието фигуры, размахивают руками, стараясь достать один другого. Даже непонятно, как в толчее и полутьме они вообще разбирают, где кто. Или главное – ударить, а там разберемся?
– Прекратить! – рявкает от входа британец. Голос у него, как у истинного моряка, способен перекричать любую бурю.
Внутрь он предусмотрительно старается не заходить. Хоть нападение на офицера грозит петлей, но в горячке могут элементарно не разглядеть вошедшего.
Его никто не слушает. С грохотом опрокидывается чтото тяжелое, ктото орет матом на смеси нескольких языков, ктото стонет, и стоны глушатся надсадным ревом.
Такие драки редко обходятся без увечий. Бывает и хуже: труп, а то и два. Наверняка не так уж мало матросов закончило последнее плавание в кабаке с переломанной шеей или с ножом в брюхе.
– Прекратить! – повторно орет чужой капитан.
Валера набрал побольше воздуха, решительно выдохнул и бочком проскользнул внутрь мимо своего британского коллеги.
После улицы разобрать чтолибо сложно. Главное – дерутся. Крепко, с яростью, стараясь вышибить из противника дух.
Вновь снаружи орет англичанин, да только никакое слово не в состоянии дойти до сознания озверевших моряков.
Зато грохот выстрела заставляет всех поневоле замереть.
Над стволом клубится кисловатый противный дым. Второй пистолет зажат в руке и поднят на уровне плеча. Из такого положения легко одним движением направить ствол на кого угодно.
– Кто дернется – стреляю!
Один пистолет – один выстрел. Есть еще одна пара, да разве успеешь ее выхватить в давке! И от шпаги никакого толка.
Только быть единственным, кому достанется пуля, не хочется никому. Если пристрелят соседа, еще можно отомстить, пока глаза застит кровавым туманом. А жертвовать непонятно за что…
Матросы дышат со свистом, тяжело захватывают разинутыми ртами воздух, и с каждым мгновением ярость уходит прочь.
Теперь британец тоже заходит внутрь, оглядывается и брезгливо бросает:
– Все вон!
На улице гораздо легче отделить своих от чужих, да и кулачные забавы лучше идут в полумраке, чем при свете дня.
– Платить кто будет? – Здоровенный кабатчик смотрит на выходящих моряков и, кажется, готов вытрясти из них все деньги до последней полушки. Если понадобится – вместе с душой.
Только почему же раньше помалкивал?
– Сейчас заплатят, – порусски бросил ему Валера. Он запоздало подумал, что сейчас к кабаку подбежит виденная в отдалении толпа, и тогда драка рискует вспыхнуть с новой силой. Еще бы знать, кому неслась подмога!
На практике все оказывается еще хуже. Вместо спешащих в битву моряков невесть откуда объявляется десяток стрельцов в характерных кафтанах. Разве что не в красных, как в фильмах, а в фиолетовых. Правда, без бердышей, лишь с ружьями в руках да саблями у пояса.
Как видно, моряки увидели спешащий к кабаку патруль и решили, что теперь помощь не понадобится.
…Кабанов объявился ближе к вечеру. Пусть в период белых ночей это понятие несколько относительное. С ним был Флейшман.
– Выйдем поговорим, – Командор мотнул головой в сторону двора. Там, с внутренней стороны дома, был небольшой сад с парой вкопанных в землю лавок.
– Блин! Могли бы и в доме, – пробурчал Валерий.
– Дом ты снимаешь. Так? А местные поморы не курят. Как и остальное население России. Пока Петр не заставит. Соответственно, дымить в комнатах невежливо по отношению к хозяевам. – Сергей сразу принялся набивать трубку.
– Душачеловек, – хмыкнул присевший с другой стороны Флейшман, делая то же самое.
Дружно закурили, ибо какой разговор без втягивания в себя табачного дыма?
– Рассказывай, что узнал. – Командор был серьезен.
– Обычная драка, – сразу понял, о чем речь, Валера. – Британцы первыми задрались, вот нашим, ядрен батон, и пришлось помахать кулаками. Жертв нет, если не считать переломанные носы, выбитые зубы да поставленные фонари. Только стрельцы здорово приставали. И так быстро заявились, блин!
– Хочешь сказать – знали? – уточнил Командор.
– Откуда?
– Вот и я бы хотел это узнать. Конечно, драка могла быть случайной. А если нет? И стрельцы вовремя подоспели, и Апраксину доложили о случившемся едва ли не в тот же миг. Причем с указанием на буйных французов, не дающих покоя мирным английским морякам, которые уже не первый год посещают Архангельск. Так что не стоит исключать чейто умысел. Нас тут мало. Обвинить нетрудно. Потом доказывай, что не верблюды.
– А что воевода? – после некоторой паузы, потраченной на осмысливание прозвучавших предположений, спросил Валера.
Критиковать или соглашаться он не стал.
