Люди, которые отправились в роскошный океанский круиз, могли купить все, о чем другие только мечтают. Жизнь казалась им воплощенным раем, и никто не ожидал встречи с ураганом, бушующим не только в пространстве, но и во времени. Поврежденный лайнер приткнулся к острову, а вокруг лежало Карибское море, и более трех веков отделяло пассажиров и экипаж от родной эпохи.
Авторы: Волков Алексей Алексеевич
попаданий было бы немного. Но хоть чтото для начала.
Вскоре от эскадры отделился линкор «Крепость» под командованием Памбурга. Дипломатам удалось договориться, что посол Украинцев прибудет в Блистательную Порту морем.
Памбург ушел. Эскадра какоето время еще находилась под присмотром Петра, но затем самодержец был вынужден отправиться в Москву. Дело в том, что туда уже прибыло посольство от нового шведского короля Карла Двенадцатого. Послы требовали, чтобы русский царь подтвердил условия грабительского Столбового мира на вечные времена.
По этому миру Россия отдала Швеции все свои земли, лежащие у берегов Финского залива и Балтийского моря. Без малейшего права требовать их обратно. Но тогда Россия была ослаблена долгой войной то с Польшей, то с той же Швецией, а сейчас потихоньку возрождалась. Если сам король, взбалмошный, мечтающий о воинской славе, с радостью бы подрался с любой страной, то общественность Швеции относилась к подобным делам гораздо осторожнее. Захваченного возвращать не собирались, но и воевать не хотелось. Хотя бы изза пустой казны.
А еще здорово хотелось унизить своего соседа. Даже пункт в требованиях был помещен – дабы русский царь целовал крест в знак мирных намерений. Пусть знает свое место!
Объявить Швеции войну прямо сейчас Петр не мог. Еще не был подписан мир с Турцией. Драться на два фронта Россия не могла. Необходимо было прежде обеспечить покой на юге, и уж тогда требовать возвращения отторгнутого ранее.
Потому поневоле требовалось послов принять. Хотя, вопреки обыкновению, в Москву царь не торопился. Пусть подождут. От них не убудет.
Почти одновременно с посольством в столицу приехал генерал Карлович, посланник польского короля и саксонского курфюрста Сигизмунда Августа. Как раз – с предложением о союзе в грядущей войне со Швецией. Еще раньше о том же заговорила Дания. Шведская гегемония на Балтийском море не устраивала остальные страны.
Да к тому же лифляндские и эстляндские бароны, шведские подданные, были готовы отложиться от навязанного «отечества». В поисках денег отец нынешнего короля, тоже Карл, только Одиннадцатый, пошел на секуризацию. Потребовал, чтобы все владельцы земель предъявили письменные свидетельства, на каком основании получили свои вотчины.
Дело было давнее. Войн на этой территории велось много. Большинство документов было давно утеряно. На это и рассчитывали шведы. Нет документов – нет земель. Приобретенные (или отнятые – в зависимости от точки зрения) земли распродавались казной среди самих шведов.
Впрочем, бывшим владельцам никто не запрещал выкупить собственное имущество и таким образом остаться его хозяином. Только плата была почемуто чуть повыше, чем для представителей коренной нации королевства.
Неудивительно, что практически все бароны стали посматривать на своих соседей. Вдруг ктото захочет отобрать земли, Швеции никогда не принадлежавшие? Если права наследников рыцарей будут подтверждены, то это государство приобретет немало новых подданных, готовых защищать его во всех войнах с оружием в руках. Одни надеялись на крепнувшую Россию, другие, во главе с Паткулем, – на Польшу.
Польша устраивала больше еще и потому, что в своем извечном бардаке не нуждалась ни в каких услугах. Если бы бароны превратились в шляхтичей, то одновременно с этим приобрели бы кучу прав без какихлибо обязанностей.
Вот Паткуль и старался, нашептывая польскому королю о том, с каким нетерпением его ожидают в Прибалтике.
В свою очередь Август старался убедить Петра обрушиться на Швецию. Да и как иначе, если одним из главных обещаний в ходе предвыборной королевской борьбы он сам выдвинул присоединение к Речи Посполитой лифляндских земель?
На церемонии приема посольства Кабанов не присутствовал. По дороге вместо Москвы он завернул в Коломну. Проведал сына, росшего на попечении нанятых дядек и мамок, причем главной мамкой была негритянка Жаннет. Потом посидел с Флейшманом, обсуждая, что из намеченного уже сделано, что делается и какие проблемы стоят на пути.
Дела шли довольно хорошо, хотя не совсем так, как хотелось. Поддержка была, но на пути частенько вставали чисто технические трудности, и не всегда удавалось их преодолеть. Инженеров в распоряжении Флейшмана не было. Многое поневоле приходилось делать методом тыка. Да и общий уровень технологий не позволял изготовить многого. Или же не обеспечивал нужной точности.
Из Коломны Командор отправился в сформированные недавно полки. Он многого ждал от этого лета. Но время прошло во флотских проблемах. Теперь предстояло узнать, как выполняли полковники оставленное им предписание по боевой подготовке.
Во всех четырех полках картина
