Комната с видом на огни

Я тебе не нужен, ему не нужен. Тогда зачем?
— Он просто ревнует.
— Кто он тебе? Любовник?
Анна рассмеялась:
— Просто друг. Он боится, что теперь с ним будут меньше нянчиться, вот и все. Стас добрый, просто чудной, как все талантливые люди. Ты должен посмотреть его картины.
— Я ничего не понимаю в этом.
— Нестрашно. Просто тебе надо ко всему этому привыкнуть. — И Анна впервые решилась прикоснуться губами к его необыкновенному рту. Она сразу заметила, какие у Дениса полные, чувственные губы…
…И Денис остался в ее доме. Его появление не вызвало особой бури: мать хмыкнула, но промолчала, тетенька посмотрела сквозь очки и сказала только: «Хорош!», сын разозлился, надулся и тут же исчез в своей комнате. Сначала Дениса старались просто не замечать, но он был милым, и к нему быстро привыкли. Самые непростые отношения у него сложились со Стасом. Во-первых, Денис недолюбливал голубых. Анна не стала докапываться до причин, но что-то там было. Во-вторых, Денису и Стасу приходилось делить внимание проживающих в доме женщин. На стороне одного была юность и физическая красота, на стороне другого — талант и умение вызывать к себе жалость. Если поначалу Денис стеснялся Шацкого, то, освоившись, решился показать зубы Он оказался неглупым, вполне самостоятельным, но слишком уж сентиментальным. Втайне от всех Денис писал стихи. Анна это знала, но молчала, потому что, если бы пронюхал Стас, они с Денисом вполне могли друг с другом и подраться. Шацкий не любил плохую поэзию, особенно всякие там розы-мимозы, и Анна представляла, что случится, если он раздобудет один из листочков Дениса. К несчастью, Стас имел привычку лазить там, где его не просили, и брать все, что его вдруг заинтересовало. Анна знала, что когда-нибудь они с Денисом сцепятся, и старалась подольше держать обоих мужчин на расстоянии.
Денис поселился в той самой комнате, что находилась рядом с ее спальней, и вскоре Анна пригласила рабочих и велела сделать в стене между смежными спальнями дверь. Когда дверь была готова, Анна просто-напросто не стала ее запирать, и Денис пришел сам. Он оказался не таким уж ребенком, она это почувствовала сразу. Ей было с ним хорошо, он не имел привычки Малиновского каждое свидание заканчивать утверждением собственного превосходства, не устраивал сцен и был с Анной гораздо нежнее, чем все прочие ее мужчины.
«Наверное, еще не знает своей силы, — думала Анна, так и не решив, прогонит она его или нет, если застанет в постели с другой женщиной. — В конце концов, он будет не первым, кто мне изменит».
Но Денис и не собирался ей изменять. Он ездил по утрам в свой университет, сразу после занятий возвращался в ее дом, тайком писал стихи, то и дело ссорился со Стасом, неумело пытался помогать маме и тетеньке и каждый вечер приходил к Анне в спальню. Если она не хотела близости, он просто просился полежать рядом, и она не могла отказать. Денис удобно устраивался на ее постели и пытался приласкаться. Ему нравилось, когда Анна гладила его по голове, думая в это время о чем-то своем. Он молчал, не пытался перебить ее мысли, и тогда, очнувшись, Анна пыталась с ним поговорить. Она хотела наконец понять, что это за человек так неожиданно и надолго появился в доме, став ей и любовником, и еще одним ребенком.
— Дэн, где твои родители?
— Там, где надо, — в маленьком провинциальном городке.
— Где это?
— Ты не знаешь, — уклончиво ответил он.
— У меня в школе не было проблем с географией.
— Его нет на карте, он слишком маленький.
— Я куплю крупномасштабную карту области, в которой он находится, и обязательно найду, — пообещала Анна.
— Не надо. Я туда все равно не вернусь.
— А чем занимаются твои родители?
— Работают.
— Где?
— Где сейчас все работают? На работе. — Ему явно не хотелось об этом говорить.
— Они очень бедные?
— Как все.
— Я же не бедная.
— Тебе повезло.
— Что ты об этом знаешь? — Анна вздохнула, погладила его густые светлые волосы: «А все-таки жаль, что он не брюнет!»
— Анна, твои глаза похожи на звезды.
— Да? Боюсь, что ты не первый это заметил.
— Я сразу вспомнил тебя: у нас был выпускной бал, и мы с одной девочкой танцевали медленный танец под твою песню. Такая красивая песня. Мне нравилась.
— И мне. Раз я ее написала.
— Почему ты больше не поешь? — с недоумением спросил он.
— Не о чем, наверное.
— Я тоже хочу написать песню.
— Не надо, — насторожилась Анна.
— Почему?
— Не дай бог, об этом узнает Стас, он тогда тебе спуску не даст.
— Он все это делает из-за тебя.
— Ерунда. Ты знаешь, какие у Стаса наклонности.
— Необязательно любить тебя, как