Компания дьявола

я откажусь дать ему ртуть. А мне не хотелось бы этого делать, ведь его состояние вовсе не требует таких сильнодействующих средств.
— Делай все, что бы он ни просил. Ты должен оставаться его лекарем как можно дольше.
— Ртуть очень действенна против сифилиса, но у нее есть вредные побочные эффекты. Неэтично давать человеку лекарство, в котором он не нуждается, но которое может вызвать у него болезнь.
— А этично позволить себе провести остаток своих дней в долговой тюрьме ради защиты здоровья алчного безумца?
— Ты задал трудный вопрос, — сказал он. — Я сделаю выбор, когда придет время.
Я кивнул.
— Мудрое решение. Но посоветуйся со мной, прежде чем что-либо предпринимать.
— Конечно. А теперь, если позволишь, давай еще раз поговорим об этой девушке. Ты не подумал, что если бы я закрутил с ней любовь, я мог бы бывать там чаще, и нас было бы уже двое, а это лучше, чем один…
— Она французская шпионка, — сказал я, с резкостью пистолетного выстрела оборвав его рассуждение.
И тотчас пожалел о сказанном. Мои знания и воля Элиаса еще могли как-то усмирить его инстинкты хищника, а вот противостоять талантам этой дамы он едва ли сумеет. Я опасался, что, если она проявит настойчивость, все, что он о ней знает, будет написано у него на лице, как чернилами.
Тем не менее я начал, и мне не оставалось ничего иного, как продолжить.
— Элиас, тут какой-то французский заговор. Не знаю, самый ли это злодейский из заговоров против компании, но то, что это заговор, несомненно. Сначала мы узнаём, что какие-то французы инвестируют в мою смерть, словно в какой-нибудь биржевой фонд, а теперь я обнаруживаю, что французская шпионка собирает сведения о компании и обо мне.
Я рассказал ему о своем вчерашнем свидании с мисс Глейд и, хотя я тщательно опустил все подробности, имеющие отношение к чувствам, Элиас слишком давно был со мной знаком и слишком хорошо знал человеческую природу, чтобы не заподозрить неладное.
— Да ты, я вижу, неравнодушен к этой изменнице?
— Она была бы не против, — ответил я.
— Учитывая то, что она красива и очаровательна, тебе трудно сопротивляться.
— Я умею сохранять самообладание, — заверил я его, — и не собираюсь вступать в связь с женщиной, имеющей злой умысел. Не беспокойся на этот счет.
Минуту он разглядывал свои коротко остриженные ногти — явный признак, что собирается сказать что-то неловкое.
— Как я понимаю, ты смирился с тем, что никогда не добьешься успеха у вдовы твоего кузена.
Я удивленно покачал головой:
— Ты что, полагаешь, только мое чувство к Мириам удерживает меня от любви к шпионке-обманщице?
— Я знаю, ты давно влюблен в Мириам Мелбери, она разбила твое сердце вдребезги, но, когда ты задал этот вопрос, я понял, что, вероятно, моя теория не работает.
— Рад это слышать.
— Тем не менее ты вступил в тот возраст, когда мужчина должен найти себе жену.
— Элиас, если бы мне хотелось поговорить на эту тему, я бы навестил свою тетю Софию. Она лучший оратор и раздражает меня меньше, чем ты. Кроме того, она бы еще и накормила меня чем-нибудь вкусным. Более того, я могу упрекнуть тебя в том же самом. Ты тоже что-то не ищешь себе невесту.
— О, Уивер, я не создан для брака. А если бы и был создан для него, то мне была бы нужна женщина с большим приданым, чтобы разрешить мои финансовые затруднения. Ты же еврей, и вы должны жениться. Если хочешь знать мое мнение, жена тебе не помешала бы.
— Пожалуй, попрошу-ка я мистера Кобба отправить тебя в долговую тюрьму.
— Люди, которые говорят правду, должны выслушивать нелестные замечания.
— Это правда, и твоя доля — страдания. Предлагаю продолжить обсуждение темы французов.
Он вздохнул:
— Ну что ж, давай. Я никогда не слышал, чтобы французы посылали агентов собирать сведения против крупных компаний, но меня не удивляет, если это так. В конце концов, эти компании производят немыслимые богатства для страны, а Ост-Индская компания — инструмент разведки и экспансии. Может быть множество причин, по которым французы хотели бы проникнуть в Крейвен-Хаус.
Этим и исчерпывалась оценка положения Элиасом. Я же допил свой эль и подумал, что пора возвращаться, пока мое отсутствие не заметили. Едва ли мне грозили от этого серьезные неприятности, но в моих интересах было не привлекать к себе излишнего внимания.
По этой причине я вошел через главные ворота и направился к складам, но не успел сделать и несколько шагов, как услышал, что меня зовут.
— Мистер Уивер, остановитесь!
Я обернулся и увидел, что за мной бежит Кармайкл, придерживая на бегу свою соломенную шляпу.
— В чем дело?
— Мистер Эллершо приходил