Еще вчера он был просто человеком, а сегодня его тело – совершенная боевая система, дарующая ему неуязвимость и сверхчеловеческие способности. И по его следу уже идут охотники. Еще вчера он просто жил, а сегодня вынужден выживать, в бою доказывая свое право на существование.
Авторы: Семенов Сергей Сергеевич
вернувшегося домой, когда пепел тысяч погребальных костров уже развеяли ветры и прибили к земле ледяные дожди. Ему ничего не оставалось, как послать уведомление Верховному Епискалиту о том, что он берет под свою руку княжество Гритты как единственный наследник рода Игреев и, получив его письменное благословение, вступить в право владения землями. Таким образом, Кондор стал одним из самых молодых правителей Свободных земель, а Арсон его гардрыцарем и капитаном личной гвардии. Фактически, отучившись в Храме Священного Воина и получив звание Епискального рыцаря, Арсон мог подавать прошение на владение собственными землями, но его привязанность к Кондору оказалась сильнее собственных интересов, тем более что на занимаемой должности он был его правой рукой и первым человеком при дворе. А первый человек при дворе мог многое себе позволить. Даже вот так бесцеремонно развалиться в кресле князя, налакавшись в стельку.
Кондор осторожно обошел спящего, затем потормошил его за плечо.
– Вставай, соня, – словно разговаривая с ребенком, произнес он. Никакого ответа не последовало. Но Кондор не собирался сдаваться так быстро. – Арсон Виллоч, немедленно встать, – гаркнул он на ухо другу, да так громко, что перепугал прислугу на кухне. Подействовало.
Арсон звучно хрюкнул во сне и открыл глаза.
– Аа, Кондор, – промямлил он. – А я тебя здесь дожидаюсь. Устал жутко. Вот заснул.
На людях Арсон всегда обращался к князю, как подобает гардрыцарю, стоящему ниже на иерархической лестнице, а именно – «мой господин». Но наедине они снова становились просто друзьями, Арсоном и Кондором.
– Ага, я вижу. Кувшин вина ты осушил, дабы не было скучно?
– Точно. – Арсон икнул. Когда он перебирал с хмельными напитками, у него иногда случались приступы икоты. Подчас он икал даже во сне, что всегда безумно веселило его друзей. – Ты извини, я тут пьяный… ик, в твоем кресле… ик, но слишком уж ты дол… ик, долго… ик, ик, долго ты добирался сюда… ик… – Арсон мучительно скривился и пошарил глазами сначала по столу, потом под ним. Поняв без лишних слов, что ищет друг, Кондор отошел к стене, где стоял бочонок с водой, и, зачерпнув полный черпак, поднес его Арсону.
– О! – многозначительно произнес тот и принялся пить. Сделав десяток глубоких глотков, он перестал икать и вылил остатки воды себе на голову, намочив при этом не только свою одежду, но и Державное кресло под собой.
– Ты настоящая свинья, – беззлобно прокомментировал увиденное Кондор.
– Прошу прощения, – пробормотал Арсон, вытирая лицо рукавом. – Так вот, когда я понял, что допросить Инуша мне не удастся по причине его временного помешательства, а ты бессовестно дрыхнешь в своей постели, то сразу понял, насколько может затянуться ожидание. – Голос друга становился все более чистым и ровным. Арсон умел чрезвычайно быстро трезветь. Как ему это удавалось, не мог понять никто. – Вот и расслабился чуток.
– Даже не чуток, я бы сказал, – заметил князь, усаживаясь на место Арсона, расположенное по правую руку от Державного кресла.
– Ты садишься на мое место, – предупредил гардрыцарь.
– Но моето занято, – возразил Кондор. Арсон согласно кивнул, но намека не понял и продолжал:
– Как я вижу, ты жив, и, кажется, неплохо себя чувствуешь. Я рад. Давай отметим это! – Арсон поднял пустой черпак, все еще зажатый в руке вместо кубка.
– Полагаю, с тебя на сегодня хватит. Не забывай, мы на пороге войны и нужно быть готовыми к началу боевых действий, а ты сейчас и меч поднять не в состоянии, не то что вспороть врагу брюхо.
– Я?! Не смогу?! Да я в прекрасной форме! – Арсон попытался встать, но, по всей видимости, умение быстро трезветь на этот раз подвело его и вино, пропитавшее голову, сделало ее тяжелее ног. Потеряв равновесие, гардрыцарь вновь опустился в кресло. – Ой, кажется, я не выспался, – растерянно пробормотал он. Кондор расхохотался. Арсон засмеялся вслед за ним.
– Ладно, вояка, – наконец сказал князь. – Ты лучше ответь, что происходит в моем княжестве, пока я, словно беспомощный младенец, валяюсь в постели.
– Я усилил сторожевые посты на границе с Силдоном Крейдом и удвоил их количество, – довольно трезвым тоном отрапортовал Арсон, не предпринимая, впрочем, повторных попыток подняться. – Думаю, так мы сможем предотвратить проникновение его шпионов и убийц, хотя, конечно, случай с Инушем доказал, что всего мы предусмотреть просто не в состоянии. И еще, прости, я взял на себя смелость собрать Рыцарский Совет.
– Что решили? – Вопрос был риторическим. Кондор знал ответ.
– Последнее слово за тобой, Кондор, но рыцари единогласно проголосовали за начало войны. Крейд не объявлял о начале боевых действий против нашего
