Контрразведчик

сюда. Проведем оперативное совещание. Да, вот еще что. Необходимо выставить пост наблюдения за квартирой Яковлева. А лучше устроить засаду прямо на квартире. Возможно, старпом появится дома. Посылай туда людей, Юрий Алексеевич, с ордером на арест Яковлева. А товарищи из группы пусть заходят.
Сотрудники один за другим входили в кабинет полковника Бирюкова.
— Товарищи, — сказал Василий Пименович, — выяснились обстоятельства, которые не позволяют нам ждать утра. Майор Леденев доложит сейчас обо всем, затем пусть каждый выскажет свои соображения.
Когда Юрий Алексеевич ознакомил собравшихся с показаниями Татьяны Андреевны Яковлевой и добавил, что экспертиза установила идентичность отпечатков пальцев, сотрудники стали задавать вопросы.
— Что он за человек, этот старпом? — спросил капитан Корда.
— Мой сосед, — ответил Леденев. — Человек не очень общительный. Хороший капитан. На «Уральские горы» пошел с понижением, но по собственному желанию, это мы уже уточнили.
— Мотив? — спросил кто-то.
— Хотел почаще бывать дома… И жена настояла, — ответил Леденев.
— Эту причину легко выдвинуть как прикрытие, — возразил капитан Корда. — А подоплека могла быть и иной… Скажем, регулярное сообщение с иностранным портом.
— Хорошо, принимается к сведению, — сказал полковник Бирюков. — Но мы уже стали высказываться. Тогда обменяемся сложившимися у присутствующих мнениями. Начнем с тебя, Юрий Алексеевич.
— Показания Яковлевой и факт исчезновения старпома, — начал Леденев, — дают нам все основания для задержания последнего в качестве подозреваемого в убийстве диспетчера Подпаскова. Мотивы убийства? Возможно, старпома известили о визите его жены к Подпаскову, присовокупив при этом такие «подробности», которые привели к приступу бешеной ревности и последующему убийству. В этом случае мы имеем рядовое преступление, которое пойдет по разряду бытовых. И тогда Яковлев к радиограмме Мороза о ликвидаций Бена никаким боком не причастен.
— Это как сказать, — не сдержался Корда и, встретив укоризненный взгляд полковника, смущенно улыбнулся.
— Я не договорил, Алексей Николаевич… Так вот. Мы еще не можем со всей уверенностью утверждать, что Подпасков и приговоренный к смерти Бен — одно лицо. Если же это действительно Бен, то есть и другая версия. Яковлев — сообщник Мороза, возможно, и сам Мороз. Он приходит к диспетчеру, чтобы отправить его на тот свет, и вдруг видит, что здесь его жена… Разыграв сцену ревности, он убивает Бена и скрывается, резонно полагая, что жена покажет у нас то, что произошло у нее на глазах: муж из чувства ревности пришел в ярость…
— Значит, вы полагаете, — сказал Бирюков, — что Яковлев либо человек, обладающий повышенным чувством ревности, либо Мороз?
— Да, я так считаю, — сказал Леденев.
— Скорее, Яковлев — Волк, — заметил капитан Корда. — Мороз — резидент, и вряд ли возьмется за роль исполнителя. А Яковлев к тому же работает на «Уральских горах».
— Резонно, капитан, благодарю вас… Но не будем терять времени. Нужно задержать старпома «Уральских гор». Отправляйте, Юрий Алексеевич, людей к нему на квартиру. Объявите розыск Яковлева по городу. Размножьте немедленно фотографию старпома. Пусть особенно внимательно смотрят на вокзале, в аэропорту, на автобусной станции. Действуйте без промедления, времени у нас нет.
Обыск в каюте старшего помощника капитана теплохода «Уральские горы» полковник Бирюков приказал произвести капитану Корде.
Когда Корда вышел, чтобы во главе оперативной группы отправиться в порт, Бирюков подошел к Леденеву и положил руку ему на плечо.
— Недоумеваешь, поди, майор? — сказал он. — Почему, мол, отставил меня полковник?.. Тут, Юрий Алексеевич, соображеньице есть в отношении тебя, а исходя из существа некоторых намерений моих, нельзя тебе и носа казать на «Уральские горы». Понял?
— С одной стороны, — ответил Леденев.
— Ничего, скоро поймешь со всех!..
В эту ночь на теплоходе «Уральские горы» вахту нес третий штурман. Он объяснил капитану Корде, что старпома Яковлева не видел в течение всего дня, а на вахту заступил утром, в восемь ноль-ноль, с подъемом флага.
Штурман был из молодых выпускников Поморской высшей мореходки, к визитам людей профессии Корды, да еще в сопровождении целой свиты сотрудников, не привык и очень смущался. И уж совсем растерялся, когда Алексей Николаевич предъявил ему ордер на обыск.
Обследование такого судна, как «Уральские горы», — дело нелегкое. Люди Корды уже устали, когда он понял, что Яковлева на теплоходе нет, и решил приступить к обыску старпомовской каюты, у дверей которой с самого