Контрразведчик

— Прямо сейчас? — спросил Леденев.
— Арестованного приказано доставить тоже.
В приемной полковника дежурный офицер предложил Юрию Алексеевичу пройти в кабинет, а арестованного с конвоирами поместил в комнату, примыкавшую к приемной.
Бирюков разговаривал с человеком средних лет. Едва Леденев показался в дверях, полковник поднялся со стула и направился к нему:
— Входи-входи, Юрий Алексеевич! Вот представляю тебе директора судового ресторана. Товарищ Митрохин, Демьян Кириллович. Работает товарищ Митрохин на теплоходе «Уральские горы».
Бирюков выглядел бодрым, посвежевшим, говорил веселым тоном.
— Когда вы были последний раз в отпуске, Демьян Кириллович? — спросил полковник.
Директор ресторана удивленно заморгал глазами.
— С полгода назад, — ответил он.
— Полгода, — повторил Бирюков. — Что ж, придется вам еще разок отдохнуть… Ну вот что, Демьян Кириллович, поскучайте еще часок.
Директор судового ресторана кивнул.
Василий Пименович позвонил.
— Проводите товарища Митрохина, — сказал он дежурному офицеру, — устройте так, чтоб он отдохнул часок-другой. Вы еще понадобитесь мне, Демьян Кириллович, но немного позднее…
Директор ресторана и сопровождающий его офицер вышли. Бирюков подошел к столу и придвинул к Леденеву пачку «Любительских»!
— Закуривай, майор…
— Спасибо, я — сигареты…
Они оба закурили, помолчали.
— В девять утра появился здесь товарищ Юков, капитан теплохода «Уральские горы», — начал Бирюков. — Просил принять его по важному делу. Ну, поговорили мы с капитаном, интересный он человек…
— А как же приказание спать до одиннадцати, Василий Пименович? — улыбаясь спросил Леденев.
— Так это приказание для вас, — сказал Бирюков, — которое, кстати сказать, ты, дорогой майор, нарушил. Ведь не спал, признавайся?
— Не спал… А лег бы, так и Яковлева в вашей приемной сейчас не было бы.
— Гм… допустим… Этот самый капитан Юков, узнав, какой переполох устроил Корда на его корабле ночью, тотчас же примчался ко мне. Мы с ним знакомы немного…
Василий Пименович замолчал, брезгливо оглядел дымящуюся папиросу, сунул в пепельницу и тщательно загасил окурок.
— Ну и гадость, — сказал он, — накурился так, что уже язык щиплет. Бросать надо, майор.
— Надо, — согласился Леденев и отодвинул от себя пачку с сигаретами.
— Так вот, — продолжал полковник. — Приходит, значит, этот самый Юков, Игорем Александровичем его зовут, и заявляет, что имеет намерение сообщить вам важные сведения. Я насторожился и, признаться, почувствовал легкое разочарование. Думаю, выложит он мне сейчас все, над чем мы ломаем голову, ведь с «Уральских гор» капитан, и завершится операция «Шведская спичка». Шучу, конечно, но нечто подобное в голову мне приходило… И вот капитан рассказывает, что явился к нему второй штурман Нечевин и доложил о странном поведении директора судового ресторана.
— На стоянке в Скагене, — продолжал Василий Пименович, — Митрохин поздно пришел с берега, пытался задобрить штурмана Нечевина, просил, чтоб он не докладывал об опоздании по начальству. Затем Нечевин видел в ресторане «Дары моря», как Митрохин передал неизвестному подозрительному человеку таинственный пакет. Словом, штурман взял на себя роль частного детектива и принялся выслеживать директора ресторана. Собрав, по его мнению, достаточный материал, Нечевин доложил обо всем капитану. Тот выслушал и обещал довести его подозрения до сведения соответствующих инстанций. И вот сегодня утром, узнав про обыск на теплоходе «Уральские горы», капитан тут же отправился к нам… «Может быть, здесь ничего нет, но согласитесь, что я должен был немедленно сообщить вам о подозрениях моего штурмана». Я, конечно, поблагодарил его, попросил никому ни слова не говорить, и Юков ушел.
— И вы послали за директором судового ресторана? — сказал Леденев.
— Точно. Меня заинтересовал пакет, только пакет, ибо все остальное о Митрохине я знал сам. Демьян Кириллович — наш старый работник. Сейчас он на пенсия за выслугу лет, да и со здоровьем у него неважно: в сорок шестом году Митрохина расстреливали бандеровцы. Всадили в грудь очередь из автомата, а он, видишь, живет до сих пор… И тут случилось так, что товарищи из другого отдела вышли на кока с одного из судов нашего пароходства. Подозревали его в махинациях с иностранной валютой. Демьяна Кирилловича и попросили помочь, потолковать по-свойски с парнем. Помоги, мол, Митрохин, по старой памяти. Тогда он и опоздал в Скагене на судно. И в ресторане с тем же коком сидел. А про пакет я не знал. Вот и пригласил Митрохина. Да и из-за тебя тоже.