Контрразведчик

шар, свинченный за ненадобностью, сегодня ночью был найден во время обыска в вашей каюте. Там же была и другая гантелина. Члены экипажа признали это вашей собственностью, как только что признали и вы сами… Не так ли?
— Так, — глухо произнес старпом. — Но как… Как могло попасть туда?..
— Мы и пытаемся выяснить, — продолжал Бирюков. — Подпасков убит гантелью — в этом сомнений у нас нет. Но кто ее принес? Если не вы, следовательно, и обвинять в убийстве вас нельзя. При всем уважении к вашему крепкому телосложению я не могу согласиться, чтоб с помощью кулака можно было бы отправить к праотцам такого здоровяка, каким был диспетчер. Ведь он, пожалуй, не уступал вам, старпом.
— Так что же произошло? — сдавленным голосом спросил Яковлев.
— Пока не знаю, — сказал Бирюков. — Значит, если не вы принесли гантель, вы — не убийца. А если убили вы, то вашему искреннему признанию, которое вы сделали нам сегодня — грош цена. Вы далеко не мальчик и, конечно, понимаете, что одно дело убить так, как, судя по вашему рассказу, это сделали вы, а убийство с заранее обдуманным намерением — совсем другое дело. Вот, послушайте.
Василий Пименович раскрыл небольшую книгу, лежащую у него с левой стороны стола, под рукой.
— «Умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах, — прочитал он, — наказывается лишением свободы на срок от восьми до пятнадцати лет со ссылкой или без таковой или смертной казнью». Ну, пока отягчающих обстоятельств в вашем деле не усматривается. А теперь, посмотрите, как оценивается уголовным законодательством ваш рассказ. «Умышленное убийство, совершенное в состоянии внезапно возникшего душевного волнения, вызванного насилием или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего… — наказывается лишением свободы на срок до пяти лет или исправительными работами на срок до одного года». Видите, как разнятся правовые нормы?
— Вижу, — сказал Яковлев. — Только зачем все это? Я признал свою вину… Чего же еще?
— Весь вопрос в том: какую вину? Надо выяснить: как гантели разделились между вашей каютой и домом убитого? Пока на этот вопрос вы не ответили, да и у нас нет объяснения. И записочку потеряли… Неудачно все складывается. У вас больше ничего нет, Юрий Алексеевич, к Яковлеву?
— Нет.
— Тогда отправьте подозреваемого. Яковлев, подумайте обо всем в одиночестве, может быть, вам придут на ум какие-то мелочи, которые вы упустили. Подумайте. Если вспомните что-то новое, требуйте у надзирателя свидания со мной.
Яковлев ушел.
Некоторое время Леденев и полковник молчали. Затем Василий Пименович подошел к окну и принялся что-то выстукивать по стеклу.
— Что скажешь? — спросил он наконец, резко поворачиваясь к Юрию Алексеевичу.
— А что сказать?.. И так можно прикидывать и эдак. Я со вчерашнего вечера, как узнал от его жены обо всем, да еще после обыска на судне особенно, прикидываю Яковлева на роль Волка или кого другого из людей Мороза…
— И как?
— Не ложится он на эту роль, ну никак не ложится, Василий Пименович!
— Эмоции, дорогой майор… А факты?
— Факты, конечно, упрямая вещь. Пока они свидетельствуют против него. Гантели… И эти страницы из «Правил» в тайнике… Какая-то связь между Яковлевым и убитым Беном, конечно, есть. Но какая?
— Это нам и надлежит выяснить. Какие у тебя соображения в целом, Юрий Алексеевич?
— Мне представляется сложившееся положение таковым. Разберем два варианта. Первый: Яковлев — человек Мороза, может быть, и не тот Волк, о котором Мороз радировал Биллу, но из той же компании. Что получается в этом случае?
— Давай, изложи, Юрий Алексеевич…
— А получается вот что. У Мороза вышел из игры помощник. Передача материалов завершенной ими операции «Сорок четыре» затрудняется, если не срывается вовсе. Мороз попытается проинформировать об этом Билла. Значит, следует ждать выхода резидента на связь. Возможно, на теплоходе «Уральские горы» есть и другие сообщники Мороза. В любом случае этому судну — самое пристальное внимание.
— А если Яковлев не причастен к этой компании? — спросил Василий Пименович.
— Тогда его арест успокоит Мороза, и материалы поедут в Скаген на «Уральских горах». Я думаю, что Мороз, узнав об аресте Яковлева в связи с убийством Подпаскова, решит, что мы клюнули на живца. Надо быть начеку, опять-таки все внимание «Уральским горам». Если Волк там, то туда не замедлит явиться и Мороз, хотя они могут встречаться и не на судне.
— А что будем делать с Яковлевым?
— Искать факты, которые бы прояснили его участие во всей этой истории. Ведь это мы обвиняем его в убийстве с заранее возникшим намерением, значит, и обязанность искать доказательства его виновности