Конвойник

Некоторое время казалось даже, что колонистам удастся отбиться и прорвавшись в чистое пространство, уйти в гиперпространство. Но когда волны огня разрывов опали, то стало видно, что ворхамовцы продолжают настигать свободных. Несмотря на разрушения, причинённые первым ударом, здоровенные туши продолжали настигать беглецов, и вот уже они запустили свои ракеты…
…Когда непрерывные удары, от которых корпус жалобно раскачивался и скрипел, стихли, командир корвета с трудом поднялся с палубы, на которую его швырнуло особенно сильным ударом. По комбинезону струилась кровь из распоротого живота, виднелись внутренние органы, и начали холодеть ноги, несмотря на то, что система жизнеобеспечения всё ещё работала нормально. Кое-как, зажимая руками рану, подтащился к панели командира, взглянул на неё – среди сплошного марева алых огней, обозначающих неисправности, редкими вставками светились зелёные и жёлтые, сигнализируя об исправных или частично работающих системах. Двигатели – в хлам. За дверью рубки – вакуум, связи нет. Изредка кашляет одна из боевых башен, последняя из уцелевших. Окровавленные изуродованные губы раздвинула жуткая гримаса, долженствующая означать улыбку – эти гомики сильно просчитаются, когда взойдут на борт для абордажа. Система самоуничтожения действует… Человек торопливо набрал код запуска и обратной связи. Теперь термоядерный взрыв испепелит и корвет, и того, кто будет рядом на расстоянии километра… За потрескавшимся бронестеклом было мало что видно, но опытный пилот не мог ошибиться. Он даже не рассчитывал на такую удачу! Разрушитель решил не выбрасывать десантные боты, а подойти лично и выбросить переходную галерею. Заскрипели держащиеся на честном слове шпангоуты, когда гравитационная масса вражеского корабля стала оказывать непосредственное воздействие на корпус. Потом – сильный толчок и гул резаков, неслышимый, но ощутимый израненным телом. То, что он может истечь кровью и не дождаться момента активации мощного фугаса человека не беспокоило. Детонация происходила и в случае остановки его сердца, не только по голосовой команде… На миг глаза заволокло багровым туманом, и командир понял – пора запускать маяк бедствия. Колонисты должны будут узнать, что здесь произошло.
– Аварийный маяк – старт.
Едва ощутимый толчок сигнального устройства. Сейчас он пробьёт дыру в обычном пространстве и уйдёт в гипер, откуда начнёт трансляцию сигнала бедствия. Вспыхнули огни плазменной резки, и нестерпимое сияние заполнило помещение – снопы искр полетели от двери, которую торопливо вскрывали вражеские абордажники. Послышался свист, и человек согнулся от боли: он не ошибся, за дверью – вакуум. Жаль, что не удастся посмотреть в глаза перепуганных ватажников, но, значит, так тому и быть… Сквозь дикую боль в разрываемых внутренним давлением глаз ещё успел отметить какое то шевеление сквозь сплошную алую стену. Попытался выдохнуть последнее слово, но воздуха в лёгких не было, а всё тело уже сковывал ледяной холод пространства. Конец. Это он ещё успел подумать. А потом наступило нечто… Адская вспышка испепелила и избитый до неузнаваемости корпус корвета, и прилипшую к нему бесформенную громадную тушу разрушителя. Остальные три корабля патруля колонистов погибли ещё раньше, превратившись в мельчайшие обломки, разлетевшиеся по всему вакууму. Ворхамовцам не удалось их захватить, а это было им просто жизненно необходимо. Йескель не случайно отрядил свою лучшую эскадру в этот сектор, точно зная, что здесь есть те, кому известна дорога в место обитания его смертельных врагов. Он надеялся, что отборные ветераны смогут захватить пленных и навигационные компьютеры, а главное – коды прохода, и ВВВ нагрянет карающим мечом против тех, кто осмелился ему возразить, и мало того, противостоять. Увы. Он недооценил нормальных людей, привыкнув иметь дело с отбросами и подонками общества. Колонисты не сдались, а дрались до последней капли крови, до смертного вздоха. Но прежде чем умереть, они очень дорого продали свою жизнь. Из восьми отправленных монстров один не вернулся вообще, а прочие подлежали большому ремонту. Это было уже не первой пощёчиной, полученной им из Проклятых Секторов, и Йескель поклялся, что любым способом уничтожит Свободных Колонистов…
-…Поздравляю вас, господин Ольсен, у вас – девочка!
Макс обессиленно опустился на стул, с которого вскочил при появлении врача в зелёном хирургическом костюме. Медик, между тем, продолжал:
– Крепкая, здоровая. Мама тоже чувствует себя отлично. Так что, ещё раз вас поздравляю!
Кое-как стянул с рук перчатки, обменялся со счастливым отцом крепким рукопожатием. Ольсен глупо улыбался – его реакция ничем не отличалась от точно