Конвойник

нет смысла. Я предлагаю следующее – сейчас стартуем и идём к кладбищу кораблей. А вы тем временем собираете всё, что нам необходимо, в одну кучу. Я вижу, что две спасательные капсулы ещё целы…
Он ткнул пальцем в два зелёных огонька на схеме корабля, пылающей красным:
– Простите, что заставляю вас сделать невозможное, но нам надо успеть. Потом передохнём.
– А что дальше, когда доберёмся до свалки?
Подал голос кто-то из ребят.
– Десантируемся. А ‘Три звёздочки’ пусть уходит дальше по инерции и уводит за собой тех, кто воткнул нам маяк.
– Ну – спрыгнем мы с эсминца. И будем торчать среди этих скелетов, что стащены в кучу со всей империи?
Макс кривясь от боли, улыбнулся:
– Я бывал в этих местах, и по свалке тоже полазил. Ручаюсь, что мы сможем подобрать себе там новый кораблик. Правда, придётся повозиться, чтобы поставить его на ход, но дело того стоит, поверьте…
Люди переглянулись – уж больно всё выглядело… Старый знакомец Джимми вдруг оказался совсем другим человеком. Ольгерт Кулькинский – предателем, сдавших своих товарищей. Погиб капитан, почти все специалисты. Но и умирать покорно не хотелось, тем более, что в том, что предлагал этот лейтенант был хоть какой то шанс выжить. И они согласились…
…Реактор медленно набирал мощность. С натугой, с неохотой, но заработал, и сразу появилась тяжесть – заработала искусственная гравитация. До этого все передвигались при помощи магнитов, встроенных в корабельную обувь. Макс чуть уменьшил притяжение, чтобы людям было легче работать. В принципе, можно было бы и вообще его отключить, но ребята сами попросили, чтобы гравитация была – лучше передвигаться между обломками, чем сквозь их завалы. Штурман торопливо ввёл координаты точки, указанной Максом, и дал отмашку. Ни секунды не колеблясь, парень дал ход, разгоняя корабль до максимально возможной скорости. Он намеревался последнюю часть пути пройти по инерции, чтобы зарядить накопители под завязку. С энергией на свалке было, мягко говоря, очень плохо… Между тем его самочувствие помаленьку улучшалось. Похоже, что лекарства из аптечки начали действовать, да и нервный стресс тоже заставил организм усиленно регенерировать. Так что спустя назначенное время, когда полуразрушенный эсминец приблизился к кладбищу кораблей и настало время эвакуации, Макс уже смог передвигаться самостоятельно, а его голова, можно сказать, пришла в относительный порядок. Так что в скафандр он уже влез самостоятельно.
– Принимаю сигнал бакенов свалки!
Раздался крик штурмана, дежурившего за навигационным компьютером. И – спустя мгновение:
– Требуют передачу допуска! У нас тридцать секунд!
Но бывший лейтенант уже колотил по клавишам набора, отсылая кодовый сигнал. Ещё мгновение:
– Есть! Принято и подтверждено!
Завопил обрадованный штурман, а парень с облегчением вздохнул – как он и рассчитывал, отменить его пароль до начала процесса не успели из-за бюрократической волокиты, а потом не стали, из-за того, что посчитали его покойником…
– Уходим! Уходим!
Заорал кто-то, и все бросились к эвакуационным ботам. Торопливый. На грани безумия бег по коридорам, тяжёлое дыхание в мембранах шлема…
– Стартуем!
– Момент!
Максим торопливо набрал комбинацию на пульте управления, пока ещё связанным с главной рубкой.
– Теперь стартуем!
Тот, кто сидел рядом, ткнул в алую кнопку, и спустя мгновение ускорение навалилось на грудь с такой силой, что потемнело в глазах. Сработали древние, но надёжные пиропатроны, отстреливая крошечное судёнышко от изувеченного эсминца. Звёзды бешено заплясали в иллюминаторах, но автоматика быстро скорректировала вращение, стабилизируя полёт. Несколько секунд выбросов из коррекционных сопел, и пляска прекратилась.
– Куда дальше?
Пилот взглянул на Макса, и бывший лейтенант указал пальцем:
– Туда. Видишь огоньки? Это – маскировочный полог. Там и находится свалка… Левее. Ещё чуть. Отлично. Сбавь скорость – проход небольшой, мы едва протиснемся…
Движения рулевого стали совсем незаметными, практически, невидимыми, но бот подчинялся ему, словно собственные пальцы. Резкая вспышка ударила по глазам – включились причальные огни, показывая габариты прохода. Лейтенант был прав – спасательный бот вписывался в него без всякого запаса. Малейшее касание, и охранные системы поднимут тревогу…
– Зачем так сделано?
Произнёс кто-то из команды над ухом. Макс, нервничая, всё же нашёл силы ответить:
– Дополнительная защита от мародёров. При посещении свалки мы используем специальный транспорт базы. Но он активируется только допуском командира команды и меняется каждый раз…
– Тихо!
Не выдержал