Корабль ночи

голос воззвал к Господу. Окна на другой стороне отеля вылетали одно за другим; кто-то заколотил в двери черного хода, пытаясь проникнуть внутрь. Мур круто развернулся, захлопнул и запер дверь, соединявшую кухню с отелем как таковым, и подтащил к ней стол, одновременно вытаскивая пистолет и снимая его с предохранителя.
Потом воцарилась тишина, нарушаемая лишь его, Мура, частым дыханием и звуками погрома в деревне: выстрелами, истошными воплями и криками боли.
Кто-то спускался по лестнице: Шиллер и Яна, ощупью пробирающиеся в темноте.
– ШИЛЛЕР! – заорал Мур. – ПРИГЛЯДИТЕ ЗА ЗАДНЕЙ ДВЕРЬЮ!..
Парадную дверь вдруг сотряс тяжелый удар – бум! бум! бум! Били с чудовищной силой. «Молоток, – подумал Мур, леденея. – У них молоток».
Он услышал, как высадили дверь черного хода; с кухни донеслись оглушительные грохот и звон посуды.
Окно на фасаде разлетелось, в комнату полетели осколки стекла и обломки старых жалюзи. Яна вскрикнула, и Мур увидел черный силуэт, замахнувшийся мощной рукой, чтобы выломать то, что осталось от рамы. На дверь сыпались все новые удары, слышался резкий треск.
Мур поднял пистолет, прицелился прямо в тварь, раздиравшую жалюзи, и выстрелил.
Пистолет плюнул огнем. Мур на мгновение оглох от грохота. Темную фигуру отбросило назад, из сломанной рамы со звоном посыпалось стекло.
– Вы убили его… – сказал Шиллер. Его лицо блестело от пота.
– Погодите, – Мур не двигался с места. – Ради Бога, приглядите за черным ходом.
Сильный удар потряс дверь, преграждавшую вход из кухни. Стекла с обеих ее сторон треснули. Мур круто обернулся и выстрелил сквозь филенку. Полетели щепки, в воздухе повис кислый запах пороха. В ту же минуту по парадной двери вновь грохнули молотком, и Яна увидела, что она медленно подается внутрь; девушка схватила стул и заклинила им дверную ручку. Затрещал ставень на другом окне, в комнату протискивались скрюченные пальцы. Мур выстрелил с руки, твари метнулись в стороны от окна.
Шиллер заметил, что по центру двери черного хода побежала трещина; он попятился, в ужасе глядя, как ломается дерево, и не в силах отвести глаз.
Окно в глубине комнаты взорвалось, на пол дождем посыпалось битое стекло и деревянные планки жалюзи. Одна из тварей с разгона наполовину всунулась в образовавшийся проем и теперь, цепляясь за оконную раму, старалась протиснуться в помещение. Яна нашарила сбоку от себя графинчик с ромом и запустила в нее, но промахнулась, и графин разбился над самой головой зомби. Мур шагнул вперед, стреляя наобум.
Вспышки выстрелов осветили лицо, изъеденное гнилью и плесенью, разинутый безгубый рот, ненавидящие дыры-глаза. Мур все стрелял и стрелял, видя, как это лицо рассыпается осколками кости и клочками иссохшей плоти. Тварь зашипела и вывалилась из окна наружу.
Теперь прогибалась и задняя дверь. Шиллер заставил себя сдвинуться с места и обеими руками уперся в нее, сдерживая натиск зомби. Он чувствовал, каким невероятно сильным было то, что находилось за дверью.
Разлетелось окно, другое, еще два. В комнату вдвинулись костлявые плечи, бурая кожа на отвратительной голове искрилась стеклянной пылью. Яна подхватила плетеный стул и ударила непрошеного гостя, но опоздала – тот уже протиснул в окно руки.
В пистолете Мура оставалось три пули. Теперь зомби лезли во все окна, а двери грозили уступить в считанные секунды. Мур почувствовал укол дикого, панического страха, отогнал его и почувствовал, как тот мстительно вернулся. Сбегать наверх за патронами они не успеют, но, может быть, есть еще шанс выскочить на веранду и спрыгнуть с крыльца?
Он обернулся и выстрелил в зомби, наседавшего на Яну. Тварь взвизгнула, рухнула на разбитое окно и вывалилась наружу.
Задняя дверь раскололась. Шиллер отступил перед просунувшейся в щель корявой рукой со скрюченными пальцами. Но следом подступали другие, и через несколько секунд они неизбежно должны были оказаться внутри.
Раздался страшный треск, и во входной двери образовалась брешь. В пролом с рваными краями полезли жуткие фигуры, та, что во главе, размахивала молотком, прочие несли кто ломики, кто разводные ключи. Мур выстрелил в самую гущу стаи и понял, что в кого-то попал, но, готовясь истратить последний патрон, он вдруг услышал, как Шиллер кричит, что выбили дверь черного хода. В нос ему ударил отвратительный запах гнили, и невесть откуда взявшаяся тень обрушила на правое плечо Мура какой-то тяжелый тупой предмет. Мур вскрикнул от боли, пистолет выскользнул из отнявшихся вдруг пальцев.
Тогда они набросились на него, кусаясь, царапаясь, глумливо скаля страшные зубы; мелькнула чья-то рука с дубинкой, удар пришелся по лбу, и Мур, стиснув