1917 год. Гибель империи. Впереди — кровавый хаос, из которого Россия не поднимется уже никогда. Есть только один человек, знающий о будущем все. Кирилл Авинов, поручик Первого Ударного Корниловского полка. В его силах изменить не только свою судьбу, но и всю мировую историю.
Авторы: Большаков Валерий Петрович
комитета, нашлись огромные запасы защитного сукна. Сапожники и портные со всего города за три дня обули и одели Днестровскую Добровольческую армию.
Зазвенел, запах апрель. Степь отогревалась под жарким солнцем, сквозь бурую, полуистлевшую траву пробивалась буйная зелень.
После двух месяцев, проведённых в походе, одолев тысячу двести вёрст пути, дроздовцы вышли к Ростову.
…Вечером 22 апреля, в Страстную субботу, они атаковали РостовнаДону,
с ходу заняв вокзал и привокзальные улицы. Полковник Войналович со 2м конным полком прорвался к вокзалу и был убит.
Вокзал сотрясало от взрывов. Гремело, скручиваясь, железо, с колким звоном сыпались стёкла, ржали лошади, кричали люди, ружейная пальба и пулемётные очереди оглушали, приводя в неистовство.
Большевики толпами отступали в Батайск, к Нахичевани – и попадали под казацкие лавы Донской армии. Калединцы пленных не брали и не щадили никого.
А в самом Ростове бои резко на убыль пошли. Ночь стояла тёплая, ни ветерка. Святая ночь.
Полурота штабскапитана Димитраша шагала по ночным улицам к ростовскому кафедральному собору. Имевшие смелость горожанебогомольцы шли к заутрене, несмело приветствуя освободителей.
Собор смутно теплился огнями свечей. Архиерей в белых ризах провозгласил с амвона:
– Христос воскресе!
Вместе с толпами молившихся Димитраш выдохнул:
– Воистину воскресе!
Гдето в темноте сухо рассыпалась редкая стрельба, гремели понад Доном, сотрясая воздух, пушечные громы, а люди шли с заутрени и несли свечи, бережно заслоняя их руками от угасания.
Девушки в белых платьях и седые дамы, мальчики и девочки христосовались с дроздовцами, несли им в узелках куличи и паски.
Будто очнувшись, сбросив пелену зябкого страха, заговорили колокола, разнося над городом благую весть:
– Христос воскресе!
Генерал Дроздовский и атаман Каледин одним движением сняли фуражки и осенили себя крёстным знамением:
– Воистину воскресе!
Сообщение ОСВАГ
«Самозванец Скоропадский объявил Черноморский флот принадлежностью Украины. Для его захвата и завладения всем Крымом из состава Запорожского корпуса под командованием генерала З. Натиева, авангарда кайзеровской армии (а в одном строю с австрийской армией наступают украинские сечевые стрелки…), выделена 1 я дивизия полковника П. Болбочана. Совершив Сивашский прорыв, запорожцы ненамного опередили генерала фон Коша, командующего 15 й Ландверской дивизией. Совместно сражаясь с большевиками из Красной армии Крымской Советской Республики, немцы и украинцы передрались в Севастополе, когда стали делить русский Черноморский флот…»
Новороссийск было не узнать – море и бухта голубели, горы покрылись курчавой зеленью, а главная Серебряковская улица выглядела нарядной и шумной, как в далёкие предвоенные дни.
Город был переполнен военными, а в порту на все лады гудели корабли – ладный крейсер «Кагул», удравший от севастопольского ЦВИКа,
эсминцы, гидроавианосцы, транспорты «Крым», «Дон», «Далланд», «Рион», «Псезуапе», «Екатеринодар», «Св. Николай» и «Св. Георгий».
Свой флаг адмирал Колчак поднял на линкоре «Императрица Екатерина Великая», покидавшем Цемесскую бухту. Классика!
Штабскапитан Авинов вывел текинцев к пристани минута в минуту – как раз швартовался новейший транспортмастерская «Кронштадт», корабль большой и вместительный. А на рейде дожидались своей очереди на швартовку «Инкерман», «Поти», «Ялта», пароходы РОПиТа и Доброфлота.
Воля генерала Корнилова собрала у Новороссийска все суда, способные перевозить войска, – по затее Верховного правителя высадка десанта в Керчи, Феодосии, Ялте, Севастополе должна была пройти быстро и слаженно, развиваясь в молниеносную войну за Крым.
– Саид! – окликнул Кирилл Батыра. – Абдулла с тобой?
– Тута он, сердар! –
