1917 год. Гибель империи. Впереди — кровавый хаос, из которого Россия не поднимется уже никогда. Есть только один человек, знающий о будущем все. Кирилл Авинов, поручик Первого Ударного Корниловского полка. В его силах изменить не только свою судьбу, но и всю мировую историю.
Авторы: Большаков Валерий Петрович
и типчик, кривляясь и грассируя, затянул шансонетку, подражая знаменитому Юрию Морфесси:
Я упрекать тебя не стану, я не смею:
Мы так недавно, так нелепо разошлись.
Но я был твой, а ты была моею.
О, дай мне снова жизнь – вернись!
Голосок был так себе – слабенький тенорок. И тут же послышался иной тембр – сочный баритон:
– Могу?..
Авинов поднял голову, взглядом встречаясь с «Буки02».
– Присаживайтесь, – сказал Кирилл. – На угощение не надейтесь, самому мало.
Улыбка агента встопорщила усы. Усевшись, Буки вынул портсигар и достал чёрную мексиканскую пахитоску.
– Вы не будете против, если я закурю? – любезно поинтересовался он, остро взглядывая на Авинова.
Это был пароль.
– Да ради бога, курите, – отозвался штабскапитан. – А я вот пристрастился к «Приме»…
Его визави заметно успокоился, кивнул – и спрятал курево обратно в портсигар.
– Признаться, не баловался никогда табаком, – добродушно проворчал он, – и не собираюсь, но вот приходится изображать заядлого курильщика! Имён называть не будем, достаточно и азбуки, хохо… Мы очень рады, Веди, что вам удалось пробраться в самое логово…
– Мы? – поднял бровь Авинов.
Буки слегка повёл лысой головой в сторону, указывая на свой стол, за которым сидел плотный мужчина, похожий на купца.
– Это «дядя Кока»,
– сказал Буки с ухмылочкой, – начальник штаба Добрармии Московского района. Я – её главнокомандующий.
Кирилл прищурился.
– Благодарю за откровенность, – проговорил он. – Но всётаки просветите меня, откуда вам стало известно про «логово»?
Главнокомандующий довольно усмехнулся.
– У нас всюду свои люди, юноша, – сказал он. – Одних только кадровых офицеров восемьсот человек, и все они служат в большевистских воинских формированиях и советских учреждениях. А всего нас несколько тысяч. Есть оружие, и даже артиллерия – припрятали коечто в амбарах на окраине…
– Только не поспешите с выступлением, – вымолвил Авинов, качая головой. – Я, конечно, не знаю планов командования, но видел, как большевики живьём закапывают в землю излишне торопливых…
Буки серьёзно кивнул, отблескивая лысиной.
– По плану штаба, – негромко проговорил он, – Москва поделена на секторы, во главе которых поставлены начальники. Поднявшись, мы овладеем мощными московскими радиостанциями и сообщим всем частям Красной армии на передовой о свержении Советской власти, что вызовет замешательство и открытие фронтов. Начало восстания приурочено нами к падению Тулы.
– Отлично, – выдохнул Кирилл, – аж свежим чемто повеяло!
– Это форточка отворилась! – грустно хохотнул Буки. – Ваша очередь, юноша. Учтите, я спрашиваю не из праздного любопытства – мы оба должны чётко понимать свой маневр, а не бродить в тумане общего недоверия.
– Из скромности вы забыли упомянуть одну деталь, – тонко улыбнулся Авинов. – Я – лишь агент, а вы, как руководитель осведомительного пункта 1го разряда в Москве, являетесь моим непосредственным начальством.
Руководитель хмыкнул.
– Докладываю, – сказал Кирилл. – Иосиф Сталин посылает меня за город, в имение «Горки», куда Свердлов, по сути, сослал Ленина… Понятно, что наркомнац не из великой любви к вождю мирового пролетариата так о нём печётся – именно Ленину он обязан своим положением. Ильич постоянно заступается за Сталина, сохраняя баланс между ним и Троцким. Не станет Ленина, Сталин не продержится и дня… – Выложив факты, Авинов договорил: – Я понимаю ваши чувства, Буки, но сразу хочу предупредить: второго покушения на «вождя краснокожих» я устраивать не буду. Объяснить?
– Желательно, юноша, – прохладным голосом сказал Буки.
– Безусловно, и Ленин, и тот же Сталин повинны в смерти сотен тысяч людей, – негромко проговорил штабскапитан. – Они принесли России такую массу горя и несчастья, что монгольское иго блекнет на этом кровавом фоне. Всё это верно, но задумывались ли вы, кто сменит этих большевиков? Могу сказать – Троцкий и Свердлов. Лев Давыдович своих целей не таит – он хочет всю Россию превратить в один огромный концлагерь, а её народ забрить в «трудовую армию». Яков Михайлович активно поддерживает его, изничтожая целые сословия. Взять хотя бы пресловутое «расказачивание»! У обоих одна и та же идея фикс: сделать Россию плацдармом для мировой революции, разбить «белобандитские банды» и отправиться
