Отгремели церемониальные марши, затих брачный пир. Над первой ночью влюбленных венценосцев забрезжил кроваво-красный рассвет. Не только светило всходит над окрестностями Велордерана, но и токереты, конечно, узнав о торжестве, шлют свой смертельный подарок. Грядет великая битва, в которой столкнутся точный коварный расчет и искусство Древнего Ветра.
Авторы: Бушков Александр
у нее от спины, будто отброшенный невидимой рукой, а она даже и не почувствовала… — Интагар словно бы замялся. — В общем, я подрядил с полдюжины таких вот сорванцов, дело поручил нехитрое: каждый должен был пальнуть в спину парочке почтенных граждан. Сам не знаю, что меня толкнуло… За каждым шел сыщик. Так вот, удалось им это с десятью человеками. Пятеро вели себя, как обычные люди, — обернулись, пальцем погрозили, постращали, что уши оборвут… а от половины так же точно отлетело…
Гнездо,подумал Сварог. И некогда, учитывая сложную обстановку, его вдумчиво разрабатывать. Нужно тряхнутьГарвейн, самым решительным образом.
— Ваши люди, конечно же, заметили, от кого именно отлетело?
— Конечно.
Сварог встал (Интагар торопливо поднялся следом):
— Передайте вашим людям, пусть работают по-прежнему. И ждут моих.
Едва за Интагаром захлопнулась дверь, он по привычке потянулся к столешнице, забыв, что это не его кабинет в девятом столе и нужных устройств тут нет. Выругался сквозь зубы, без лишней торопливости вышел в коридор. Бросил секретарю:
— Девятому столу — Белая Тревога. Полная готовность. Это не касается только герцогини Марч. Восьмой департамент в полную готовность. Второму манору передайте вот что…
Отдав все приказы, вышел в коридор. Главное — не суетиться, обдумать все холодно и четко. Во второйраз осечки быть не должно… если только он не опоздал.
В коридоре попался навстречу граф Гаржак, с крайне довольным выражением лица.
— Ну как, граф? — спросил Сварог. — Изложите впечатления по-солдатски прямо…
Гаржак блеснул великолепными зубами:
— Если по-солдатски — эта особа может стать украшением любого дорогого борделя…
Сварог усмехнулся:
— Она, часом, не уговаривала воткнуть мне в спину ножик или проделать еще что-нибудь столь же хамское?
— Ну что вы, государь, — серьезно сказал Гаржак. — Не того полета птичка. Серьезная особа. Просто-напросто опять крайне деликатно выспрашивала, доволен ли я своим положением при дворе, как идет служба, нет ли от вас каких притеснений, нет ли на вас каких обид… Приглашала в Лоран погостить.
— Поезжайте, — сказал Сварог. — Глядишь, к тому времени и обиды объявятся… Ну, мы это еще обговорим.
Он кивнул графу и быстро зашагал дальше. Поднявшись на последний этаж, вошел в дверь мимо торопливо отступившего Золотого Истукана, прямиком направился в наблюдательный зал. Плюхнулся в кресло, жестом подозвал ближайшего Обезьяна за номером шесть, подложил перед ним полученную от Интагара подробную карту Гартвейна и кратенько объяснил задачу. Тот проворно уселся за пульт.
Изображение на экране двигалось на высоте колена. Сварог распорядился поднять его повыше. Немощеная, но чистенькая улица, застроенная двухэтажными приличными домиками, сразу видно, принадлежащими зажиточным хозяевам — аккуратные вывески торговых лавок и разных дел мастеров, ни луж посреди дороги, ни бродящих свиней, — ну, как-никак провинциарий… Он сверился с картой — теперь налево и прямо, прямо, не сворачивая…
Вот оно! Первый этаж каменный, второй — из потемневших бревен. Слева — вход во двор, справа — вход в небольшую лавочку под вывеской «Корас Вингельт. Ювелирные работы, починка украшений». Что ж, все правильно: солидные ювелирные заведения, даже в столицах, никогда не стремились к пошлому размаху— сплошь и рядом помещались в заведениях немногим побольше этого. Но в задних комнатах как раз проворачивались миллионные дела. Специфика ремесла.
Он, конечно, никогда не видел Алиту Вингельт, но по описанию Интагара узнал ее моментально: красивая, ничуть не полноватая брюнетка лет тридцати. Она как раз закрывала ставни в лавочке. Итак, она еще там. Возможно, Вингельт ожидал от Сварога долгой разработки, а не повторения истории с Эгле. Возможно, Вингельт был слишком занят далеко отсюда. Возможно, наконец, этой ночью он ее все же заберет. Но ничего тут не поделаешь: Сварог прекрасно помнил свое поражение. Чтобы тщательно подготовить серьезную операцию, нужны как минимум сутки. Даже если Вингельт опередит, он не заберет с собой весь Гартвейн — и быть не может, чтобы там не осталось никого и ничего интересного.
Ну и, наконец, смеркалось. Вскоре Золотые Шмели должны уйти в Токеранг — а наблюдать их глазами, пожалуй, еще важнее, чем устроить на Вингельта охоту с живцом…
С сумерками Вентордеран покинули все посторонние — и королек из Вольных Маноров, ухитрившийся и за третьим застольем переправить в карман золотую ложку, и бережно погруженный в виману Мары отец Грук. Яна со Сварогом остались
