Король казино

А то кто же?
Он далеко не болван, — ответил Саргачев. — Ход беспроигрышный.
Кстати, о Павлове. С ним необходимо встре­титься.
Не советую.
Почему?
Не могу объяснить, но какое-то чувство мне под­сказывает, что тут дело нечисто.
Но теперь у него в руках весь отдел. Назначен приказом директора ФСБ.
С одной стороны, он назначает, с другой — не освобождает… А если Пестов уже заговорил?
Если бы он заговорил, то Павлов не был бы на­значен.
Не знаю, не знаю, — задумчиво произнес Сарга­чев. — Кажется, я ошибся…
В чем?
В том, что Павлов до сих пор жив, — резко отве­тил Саргачев.
Нужно плясать от реальности, — помолчав, ска­зала Лариса. — Вот почему я и спрашиваю тебя о раз­говоре с Турецким.
Он глубоко копает, — неохотно ответил Саргачев.
Ему что-то известно?
Сказал, что располагает доказательствами.
По поводу чего?
По поводу гибели Веста.
Нет никаких доказательств и не может быть! — почти выкрикнула Лариса. — Берет на пушку!
Я тоже так думаю, — согласился Саргачев. — Смотрю, тебя не взволновала газетная статейка?
Собака лает, ветер носит, — усмехнулась жен­щина. — Интервью опасно для Фишкина… Ты гово­рил, что в скором времени необходимые документы будут у меня?
Через несколько минут еду, — глянул на часы Валерий.
Турецкий, Турецкий… Все дело в нем. Неужели он человек без изъянов?
Взяток не берет. Это точно.
У каждого человека есть свои недостатки.
Баб любит!
Ну, это скорее достоинство, чем недостаток, — рассмеялась Лариса.
Что-то ты очень веселая…
Я снова пришла в свою норму, в свою жизнь, и это меня радует. Пропади оно все пропадом!
Ухожу, — поднимаясь, сказал Саргачев.
И когда ждать?
Позвоню.
…Встречу Демидыч назначил на квартире Федора, сво­его напарника, который жил в районе «Сокола», в двух­комнатной квартире. Удобнее, конечно, было встретиться где-либо на улице, в том же сквере возле «Кропоткинс­кой», но Демидыч уперся. «Не-е, командир. Посидим, потолкуем, бутылочку раздавим…» И Валерий Степано­вич, зная упрямый характер парня, согласился.
Демидыч встретил своего бывшего командира ра­душно, сразу же пригласил за стол.
Давай, командир, по единой!
По единой можно. Но не больше — я за рулем.
Кто тебя тронет? Будь здоров!
Выпили, закусили селедочкой, посмотрели друг на друга.
Я жду, Демидыч.
Просто так я тебе бумажки-то не отдам, коман­дир, — не спеша проговорил парень.
Ты не за просто так отдаешь. За деньги. Возьми, — протянул пачку долларов Саргачев. — Можешь не пе­ресчитывать. Ровно десять тысяч.
Десять тысяч, — повторил Демидыч. — Баксов. Деньги хорошие…
Что ты тянешь? Я спешу.
Поспешишь — людей насмешишь! — усмехнул­ся Демидыч. — Слышал такую пословицу, командир?
Документы при тебе? — помолчав, спросил Сар­гачев.
Вот они, — Демидыч взял с серванта папку.
Давай, и, как ты говоришь, будь здоров!
Не-е, командир, не отдам.
Что случилось, Володя?
Я ведь тоже газетки почитываю, — ответил Деми­дыч, вытаскивая из кармана газету с интервью Лилии.
И что тебя смущает?
Все, — коротко ответил Демидыч.
Объясни.
Ты-то читал?
Да. Просмотрел.
А ты прочти. И повнимательнее, — назидатель­но сказал Демидыч, подавая газету. — Читай, читай, а я пока махну за твое здоровье.
Хватит паясничать, Владимир! — повысил голос Саргачев.
Я не паясничаю. Я хочу разобраться, почему мой бывший командир берет под защиту жулика и прохо­димца?
До этого момента Демидыч строго следовал указа­ниям Лили и Турецкого, с которым Федотова все-таки устроила ему встречу. Турецкий доходчиво объяснил, что собой представляет Саргачев, и даже рассказал о причастности Саргачева к убийству Андрея Василье­ва. «Правда?» — обернулся к Лиле парень. «Правда, Демидыч», — подтвердила Лиля. «Сказать Саргачу можно?» — «Лишь в крайнем случае», — ответил за Федотову Турецкий. «В каком крайнем?» — «Сарга­чев без оружия не ходит». —«Ты что-то не то гово­ришь, Александр Борисович, — вступила в разговор Лиля. — В любом, а тем более крайнем случае об этом молчи». — «Я имел в виду, если придется попри­жать», — пояснил Турецкий. «Поприжмешь ты, а с Демидыча достаточно и того, что он встретится и за­пишет разговор», — твердо заявила Лиля.
Я тебе все объяснил. Ты согласился. В чем дело?
В этом все и дело, — похлопал по газете па­рень. — Конечно, ты о своей бабе подумал. Докумен­тики в карман, и шито-крыто! А ей как быть, следова­телю Федотовой? Она же под статью попадет.
Каким образом достал