В публичном доме Гонконга убит лидер крупной российской партии. В эти же дни в одном из московских казино появился карточный игрок, практически не знающий проигрыша. Естественно, что на него немедленно обратили пристальное внимание как мафиозные структуры, так и спецслужбы, откровенно преследуя при этом корыстные интересы. Вряд ли бы между этими и дальнейшими криминальными событиями обнаружились тесные связи, если бы расследование не было поручено А.Б.Турецком
Авторы: Незнанский Фридрих Еевич
согласен.
В три раза! — повторил оторопевший Захарчук.
Я против ветра не мочусь!
Так, — раздумывая, проговорил капитан. — Значит, так…
В это время и донесся звук пистолетного выстрела.
Держать! — рявкнул капитан, кивая на Антона, а сам бросился вон из кабинета.
Было изъято большое количество героина, задержаны продавцы, а заодно и покупатели, почти сплошь дети внезапно разбогатевших родителей и видных деятелей. Попались и богатые проститутки, одна известная певица и один уголовный авторитет, давно и безуспешно разыскиваемый органами. Заминка случилась со швейцаром. Он, защищая свое имущество, успел выдернуть чеку гранаты, но разжать кулак, в котором держал смертоносный заряд, сил у него не хватило, жить захотелось. Расчистили проход к подвалу, один из оперативников осторожно перехватил кулак швейцара, зажал, словно в клещи, подвел к дыре подвала, тихо приказал: «Бросай!» Раздался глухой взрыв. Сотрудник вытер холодный пот, посмотрел на швейцара и, надо полагать, отвел душу, потому что к «рафику» швейцар самостоятельно подойти не смог.
Когда все было окончено и казино опустело, Захарчук прошел в кабинет директора, по-хозяйски открыл бар, достал бутылку дорогого коньяка, налил стопку, чтобы отметить удачу, но тут увидел в дверях двух молодых мужчин.
Пейте, капитан, но побыстрее, — улыбнулся один из них. — Нам некогда.
И хотя сотрудник отдела «К» улыбался, лицо его ничего хорошего для капитана не предвещало.
Операция прошла относительно спокойно. Иначе получилось в других местах. Была стрельба, рукопашные бои, были и жертвы как с одной стороны, так и с другой.
Через день в газетах появились сообщения о почти поголовном закрытии столичных казино.
С этой же ночи, по горячим следам, началась кропотливая следственная работа по установлению конкретной вины каждого сотрудника отдела, курирующего индустрию развлечений.
Генерал Самсонов утром следующего дня приказал вызвать к себе полковника Павлова.
Не буду анализировать ни вашу встречу, ни ваш разговор с вором в законе, ни ваши действия. Одно скажу: хорошо учили. Задачу, поставленную перед вами, вы выполнили, так что, как и обещал, вы свободны. Правда, вам придется дать подписку о невыезде из Москвы и о явке на следствие.
Павлов среагировал мгновенно:
Нет уж! Лучше в камеру рядом с Пестовым!
Иу что ж, если вы не уверены в себе, — усмехнулся Самсонов. — Мы можем и изменить вам меру пресечения.
Лучше в тюрьму, чем эта неопределенность.
Воля ваша, — ответил генерал, делая знак подчиненным увести полковника.
В двенадцатом часу дня в кабинет Турецкого после его разговора с Чижовым, который в деталях передал Саше картину вчерашней сцены в казино, вошел Алексей Петрович Кротов.
Пожалуйста, — сказал он, протягивая крохотную коробочку.
Что это?
Запись разговора Павлова с Бурятом. Как и обещал.
Я уже ничему не удивляюсь, глядя на вас, но все-таки любопытно… — Чижов уже сказал, что Кротов к беседующим даже не приблизился. В стороне сидел с Грачом.
Их обслуживали, — помолчав, ответил Крот. — А я пришел попрощаться с вами.
Далеко собрались?
Видимо, в Италию. Жена еще не решила точно.
Вы успели жениться? Когда?
Собираюсь.
Кому-то очень повезло…
Крот вытащил фотографию, протянул Турецкому.
Дама видная, — по-мужски оценил Александр. — Все при ней… И какой чудо-ребенок! Прямо картинка! Конечно, когда берешь женщину с ребенком…
Это моя дочь, — перебил Кротов.
Похожа, — присматриваясь к девочке, ответил Турецкий. — Особенно глазами… И когда вы все успеваете?
Мне хотелось, Александр Борисович, сказать вам несколько слов…
Минутку, — поднял трубку телефона Турецкий. — Слушаю. A-а, это вы, голубчики! Вино выдули? Ну и правильно сделали. Все, ребятки, топайте по домам! Да хоть сейчас! Будьте здоровы! Охранники Веста, — пояснил он Кротову. — На даче прохлаждались… Так что вы хотели мне сказать, Алексей Петрович?
У вас начнутся нелегкие дни. Дела, которые вы вели раньше, были, разумеется, сложными и значительными, но в них не фигурировали масштабные люди наших дней. А сейчас вы слишком глубоко копнули. И в этом ваша ошибка.
А если я копну Газпром, Норильский комбинат, ведущие банки?
Тогда у вас возникнут еще большие неприятности, — усмехнулся Кротов, помолчал и добавил: — Если Господь продлит дни вашей жизни, вы многое еще свершите. Но я-то говорю сейчас о настоящем деле. Они его остановят, затормозят, сведут на нет все ваши труды экстренными мерами, включая и самые крайние. Для них самосохранение,
