В публичном доме Гонконга убит лидер крупной российской партии. В эти же дни в одном из московских казино появился карточный игрок, практически не знающий проигрыша. Естественно, что на него немедленно обратили пристальное внимание как мафиозные структуры, так и спецслужбы, откровенно преследуя при этом корыстные интересы. Вряд ли бы между этими и дальнейшими криминальными событиями обнаружились тесные связи, если бы расследование не было поручено А.Б.Турецком
Авторы: Незнанский Фридрих Еевич
встал и быстро вышел.
Он почти доехал до своего дома на Кутузовском, но вдруг, круто развернув машину, помчал назад.
Затормозив возле ворот дачи, не выходя из машины, он спросил у подошедшего постового:
Лариса Ивановна не выезжала?
Выехала.
С охраной?
Лариса Ивановна выехала одна. За рулем была сама.
В какую сторону уехала?
Постовой махнул влево, в сторону от Москвы.
Саргачев гнал машину с большой скоростью. Выехав на шоссе, ведущее в Звенигород, он еще издалека увидел сверкающие мигалки патрульных машин, силуэты людей, и сердце у него сжалось. Его остановил патруль ГАИ:
Ваши документы?
Саргачев протянул удостоверение.
Что случилось? — спросил он с тайной надеждой.
Разбилась Стрельникова Лариса Ивановна, вице- премьер правительства, товарищ полковник, — понизил голос капитан ГАИ.
Жива?
Какое там жива… — махнул рукой капитан, — проезжайте, товарищ полковник!
У Саргачева еще несколько раз проверили документы, теперь уже люди в штатском, пока он не пробрался к месту трагедии. Он лишь увидел запрокинутое белое лицо Ларисы, край окровавленной одежды, безжизненную белую руку, а потом перед глазами полковника возникли темные спины сотрудников в штатском. Подошла машина «скорой помощи», и снова зашевелились спины, хлопнула дверца, и «скорая», в сопровождении патрульных машин с мигалками, умчалась в сторону Москвы.
К Саргачеву подошел капитан ГАИ, тот самый, что первым остановил его, попросил прикурить.
Что все-таки произошло, капитан? — щелкая зажигалкой, спросил Саргачев.
Столкновение.
Не вижу второй пострадавшей стороны…
Ищи ветра в поле, — помолчав после глубокой затяжки, ответил капитан…
Вечерние московские газеты сообщили о несчастном случае, происшедшем на Звенигородском шоссе, в результате которого погибла вице-премьер Российской Федерации Стрельникова Л.И., а через три дня она была погребена на Новодевичьем кладбище с подобающими почестями.
Был вечер. Турецкий и Саргачев сидели на скамейке возле Патриарших прудов.
На той же скамейке на газете стояла бутылка коньяка и лежали на бумажных тарелочках бутерброды с колбасой и сыром.
Помнишь? — спросил Александр.
Лебедей нет, — откликнулся Саргачев.
Улетели, знать…
Или убили…
Некоторое время они молчали, глядя на пустую воду.
Что собираешься делать?
Уеду.
Куда?
В Чечню.
И снова воцарилось молчание.
Пойду, — сказал Турецкий.
Будь здоров, Саша.
Будь здоров, Валера.
И Турецкий, не оглядываясь, зашагал прочь.
Через три месяца он прочел в «Красной звезде» сообщение о том, что полковнику внутренней службы Саргачеву B.C. за проявленное мужество и храбрость присвоено звание Героя России. Посмертно.
КАМО ГРЯДЕШИ, РОССИЯ?!
