В публичном доме Гонконга убит лидер крупной российской партии. В эти же дни в одном из московских казино появился карточный игрок, практически не знающий проигрыша. Естественно, что на него немедленно обратили пристальное внимание как мафиозные структуры, так и спецслужбы, откровенно преследуя при этом корыстные интересы. Вряд ли бы между этими и дальнейшими криминальными событиями обнаружились тесные связи, если бы расследование не было поручено А.Б.Турецком
Авторы: Незнанский Фридрих Еевич
Грязнов вздохнул:
Чего спрашиваешь? Сам знаешь.
Через семь минут у Меркулова начнется совещание с сотрудниками ФСБ и МВД. Судя по списку, привлечены кадры высшего пилотажа. Дело, как я и предполагал, выходит за рамки убийства Кузьминского. — Турецкий задумался на минуту, потом продолжил: — 11е знаю, по какому наитию я не то чтобы заподозрил в чем-то Саргачева, но, скажем так, обратил особое внимание. Дело в том, что Валерий Степанович, вот этот красавец — Анатолий Павлов и вице-премьер Лариса Ивановна Стрельникова присутствовали на похоронах Кузьминского. Возникает масса вопросов, о которых легко догадаться. И главный из них: какая связь существовала между отпетым националистом и ярой демократкой?
Присутствовали? — переспросила Лиля. — И цветы возлагали?
Нет, сидели в машине Павлова. Вице-премьер была в затемненных очках во все лицо и широкополой шляпе.
Похоже, — задумчиво заметила Лиля. — Знаете, как называли Ларису за глаза?
И как же?
Мата Хари.
Ларису? — хмыкнул Грязнов. — А эти уж не ты ли нашлепала? — кивнул он на фотографии.
Не нравятся?
Тебе не в следственной группе состоять, а на Арбате ошиваться. Возле картонных фигур президентов. Бывшего и настоящего. Ба-алыние деньги бы огребала!
Время, — посмотрев на часы, поднялся Турецкий. — Иду.
2
Года за полтора до убийства Кузьминского возле ворот дачи заместителя председателя правления коммерческого банка «Диана» остановились вишневые «Жигули» четвертой модели. Из машины вышел высокий худощавый мужчина в темном костюме, защитных модных очках и белоснежной водолазке. От ворот до особняка, возведенного из красного качественного кирпича, каких огромное количество понастроено теперь во всех поселках и деревнях Подмосковья, вела песчаная дорожка, с обеих сторон усаженная вечнозеленым кустарником. Обширная площадка возле особняка пустовала. Мужчина подошел к воротам, увидел кнопку звонка и нажал.
Вас слушают, — раздался голос.
Мне необходимо видеть Альберта Георгиевича.
Альберт Георгиевич принимает лишь в рабочее время. В банке.
Динамик замолчал. Мужчина нажал кнопку вновь, теперь уже более требовательно.
В чем дело? — рявкнуло в динамике.
Передайте господину Попову-Городецкому, что его просит принять спецкор телевидения Роберт Вест.
Минутку, — там сбавили тон.
Ждать пришлось недолго, в металлической калитке щелкнуло.
Проходите, господин Вест.
/
У подъезда особняка мужчину встретили двое охранников, один из которых быстренько прошелся сканером по одежде приехавшего.
Я не ношу оружия.
Охранник ничего не ответил, знаком пригласил следовать за собой. Миновав несколько комнат, обставленных с хорошим вкусом, что для посетителя явилось некоторой неожиданностью, они поднялись в просторный кабинет с мебелью из карельской березы ручной работы. Из-за стола, сделанного в виде морской ладьи, поднялся крупный мужчина лет сорока, хозяин, Альберт Георгиевич Попов-Городецкий.
Слушаю, — сказал он, глянул на пришедшего и добавил: — В вашем распоряжении не более десяти минут.
Я уложусь в пять, — протягивая удостоверение, ответил незнакомец.
«Васильев Андрей Андреевич. Специальный корреспондент телевидения», — прочел Городецкий и вопросительно посмотрел на мужчину. — А где же Роберт Вест?
Он перед вами.
Не понял, уважаемый…
В миру вы ведь тоже Попов-Городецкий, но в кругах, вам хорошо известных, называют вас просто Попом.
Вы, кажется, начинаете хамить?..
Я не укладываюсь в пять минут, — перебил Андрей. — Играете в очко?
Закуривавший в этот момент Городецкий поперхнулся от неожиданного вопроса, закашлялся
Я не ослышался, господин Вест? В очко?
Ставлю любую сумму.
Городецкому подумалось: уж не сумасшедший ли перед ним или, еще хлеще, не из «Детского мира» ли, как называют в определенных кругах комплекс зданий на Лубянке, и не предложить ли этому хвату живенько покинуть апартаменты, но посетитель сделал предупредительный ход:
Я не сумасшедший, не дурак и не агент ФСБ. Мне ничего не стоит очистить все казино столицы, к которым вы имеете некоторое отношение, но с выигрышем я не дошел бы и до ближайшего туалета. Начнем?
Он вытащил нераспечатанную колоду карт, разорвал и показал несколько таких пассов, что поневоле вызвал уважение у Городецкого. Альберт Георгиевич был по натуре игрок и, внезапно почувствовав знакомый азарт, решительно согласился:
Начнем. Что вы имели в виду под словами «любая сумма»?
Именно любую сумму.
Играем на наличные.
