В публичном доме Гонконга убит лидер крупной российской партии. В эти же дни в одном из московских казино появился карточный игрок, практически не знающий проигрыша. Естественно, что на него немедленно обратили пристальное внимание как мафиозные структуры, так и спецслужбы, откровенно преследуя при этом корыстные интересы. Вряд ли бы между этими и дальнейшими криминальными событиями обнаружились тесные связи, если бы расследование не было поручено А.Б.Турецком
Авторы: Незнанский Фридрих Еевич
Выпить, что ли?
Наливай, — Лариса кивнула на бутылку коньяка.
Павлов выпил, занюхал корочкой хлеба.
Вот почему ты в России, а не в каком-нибудь Рио-де-Жанейро, — усмехнулась Лариса.
Ты расскажи еще байку о русском агенте, который на ходу застегивает ширинку… В общем, так. Года полтора назад в своей квартире был повешен некий шулер Ильич. Седенький, с бородкой клинышком, в потертом пиджачке, встретишь — мелочишку подашь, если, разумеется, он руку протянет. Дело вел МУР, но и наши ребятки подсуетились. Висела на Ильиче валюта. Да и камушки у него водились. Игрок был классный, высокого полета…
Валюта пропала, камушки не нашли, убийц тем более. Так?
Л ты слыхала, чтобы хоть одно убийство, связанное с большими деньгами, было раскрыто? То-то и оно… Но дело не в этом. Нашли тетрадку, в которой Ильич записывал свои мысли. Редко, но записывал. К примеру, прочитал я следующую запись. — Павлов вытащил из кармана небольшой блокнот. — «Сегодня я встретил великого человека. Вскоре мир карт будет перевернут. Он не шулер и не игрок, он математик. Но долго ли проживет сей человек?»
Павлов снова закурил и вопросительно посмотрел на женщину.
Андрея надо спасать, — сказала Лариса.
Когда были получены сигналы об удивительной, почти беспроигрышной игре Роберта Веста, мне припомнилась тетрадочка Ильича. Мои ребята походили, поездили, посмотрели на него, сели за столик и в несколько минут были ободраны как липки. А ты знаешь, что наши умеют держать карты в руках. На вопрос, каким образом Вест очищает столы, все, как один, ответили, что это не человек, а какой-то компьютер. Или же инопланетянин… Что скажешь?
Мы не встречались с Андреем добрый десяток лет. Я помню его человеком несколько слабовольным, но в ситуациях, когда была задета его честь или честь друзей, он был всегда принципиален и тверд. Он был человеком добрым. Каким он стал теперь, я же не знаю.
Кажется, Лев Толстой сказал, что характер человека складывается до семилетнего возраста. Не думаю, что Андрей является исключением.
Не знаю, не знаю, — повторила Лариса. — Уверена в одном: он в опасности.
Если ты имеешь в виду этих господ, — ткнул в фотографии Павлов, — то можешь быть спокойна.
Городецкий никогда не выпустит из рук такую дойную корову, как Роберт Вест.
Альберт Георгиевич отпустит Веста на все четыре стороны, как только мы ему это настоятельно посоветуем.
По-моему, ты слишком самоуверен…
А что, разве я когда-нибудь ошибался?
Бывало.
Господин Городецкий зажат с двух сторон. В Екатеринбурге он уже получил предупреждение от наших людей, а в Москве — от Вани Бурята.
Ваня прибыл в Москву?
Ваня сидит в Гонконге, но прибыли Антон Маев- ский и Михаил Сергеев — Майкл. С Багамских островов. Прилетели и сразу же начали действовать. Одно казино у Рижского они уже взяли. По крайней мере, люди Попа оттуда ушли.
Бурят решился? Видимо, пришло время… — то ли спросила, то ли уточнила Лариса.
Время подходит. У Фимы и Алика вскоре будут кислые физиономии.
А если Поп уберет Андрея?
За что? За то, что тот положил ему в карман миллион? И потом, Альберт Георгиевич — не Ваня Бурят. Он личность без уголовного прошлого. Делец, бизнесмен, крутой, но не убийца. Мокрухи не признает.
Верующий. Большие деньги перевел на реставрацию храмов, — насмешливо улыбнулась Лариса.
Вот видишь. Верующий. А я и не знал. Но ты права — Андрей в опасности. И опасность эта грозит ему от людей Бурята, поскольку у Вани, сама знаешь, свои законы. Алик отпустит Веста, в этом можешь не сомневаться, а вот Ваня тут же подберет. Но почему не мы? Гении просто так на земле не валяются.
Теперь я поняла все.
А если поконкретнее?
Дойная корова должна сливать молоко в твой бидон…
В наш, — быстро поправил ее Павлов.
И для этого я должна лечь в постель карточного гения?..
«Короля казино», — снова перебил Анатолий. — Так теперь называют твоего друга детства.
Отлично. В постель «короля». Не слишком ли ты категоричен, Павлов?
Разве я говорил, что обязательно ложиться в постель?
Понять нетрудно. Мы — люди взрослые.
Каждый волен понимать сказанное в меру собственной испорченности.
Лариса с видимым удивлением посмотрела на Анатолия и вдруг громко, заразительно рассмеялась.
Ну ты даешь! — покачала она головой. — Где телефон?
Пожалуйста.
Павлов переписал из блокнота номера двух телефонов, протянул Ларисе.
Позвоню позже.
Но лучше сегодня.
Предположим, мы встретимся. О чем я должна вести разговор?
Ты видела когда-нибудь, как глушат рыбу? — подумав,
