В публичном доме Гонконга убит лидер крупной российской партии. В эти же дни в одном из московских казино появился карточный игрок, практически не знающий проигрыша. Естественно, что на него немедленно обратили пристальное внимание как мафиозные структуры, так и спецслужбы, откровенно преследуя при этом корыстные интересы. Вряд ли бы между этими и дальнейшими криминальными событиями обнаружились тесные связи, если бы расследование не было поручено А.Б.Турецком
Авторы: Незнанский Фридрих Еевич
С моей помощью.
Вопрос закрыт, — улыбнулся Турецкий.
Зазвонил телефон.
Слушаю. Еще раз, Ираклий Багратович…
Доктор Гошадзе говорил недолго. Поблагодарив за сообщение, Турецкий обвел взглядом собеседников и не сразу сказал:
При вскрытии обнаружена пуля в области сердца, кажется идентичная пуле, выпущенной из «Макарова» охранника. Экспертиза уточнит.
Надо узнать, кто приказал убрать Веста, — громко сказал Грязнов. — Павлова-то в Москве нет!
Крот закурил свой «Беломор» и окутался дымом.
Алексей Петрович, — обратился к нему Турецкий, — как вы посмотрите на то, если я попрошу вас оказать нам некоторые услуги? Конечно, не как следователя, а как сотрудника.
В каком качестве? И что за дело?
В качестве сотрудника, опера, агента, коим вы и являетесь. А дело такое.
Я слушаю, — сказал Крот.
Он действительно слушал внимательно: ни разу не перебил, не задал ни одного вопроса, а когда Турецкий закончил, протянул руку и сказал:
Располагайте мною, Александр Борисович. Я могу заняться требуемой оперативно-агентурной работой. — И этот спокойный тон, немногословие Крота лишний раз показали Турецкому, что перед ним был действительно высокий профессионал, знаток преступной среды, каких в МУРе нынче, пожалуй, и не сыскать больше…
Явились сотрудники МУРа. Турецкий выслушал их сообщение. Но они не принесли никакой новой информации.
Тетя Настя сразу же опознала Саргачева по фотографии и, угощая Крота и Турецкого пирогами с калиной, повторяла: «Он. Я как глянула, так сразу увидела — он!» Турецкий несколько раз пытался перевести разговор на «бабу», но тетя Настя отмахивалась. «Молодой! Почему и не привести?» И лишь с третьей попытки Александра припомнила: «В шляпе! Баба-то была. В широкой такой шляпе. И в очках».
Саргачев явно приезжал с госпожой Стрельниковой, — сказал Турецкий, когда они вышли на улицу. — Вице-премьерша была на похоронах Кузьминского тоже в широкополой шляпе. И, как известно, теперь Саргачев и Лариса Ивановна обвенчаны, то есть ездят всюду вместе.
Тетя Настя сказала, помнится, «как-то приезжала»…
Она могла побывать и дважды, — возразил Турецкий.
Любовный треугольник? Стрельникова — Саргачев — Вест. Ревность? А что?.. Похоже. Если учесть поведение Веста в казино, то очень похоже.
Все трое выросли в одном доме. Дружили с детства. Все поступили на юридический. Позднее пути их разошлись. Через много лет Саргачев и Лариса Ивановна обвенчались… Одно время я работал с Саргачевым. Он уже тогда был влюблен в Ларису, нынешнего вице-премьера. И любовь, пожалуй, была истинная.
Квартира Веста, видимо, опечатана органами? — спросил Крот.
Опечатана до производства тщательного обыска.
К сожалению, должен с вами попрощаться. Если не возражаете, встретимся завтра, — остановился Крот.
До завтра.
В прокуратуре Турецкого ожидали два свидетеля — охранники, те, что уехали ночью из особняка Андрея Васильева.
Проходите, — открыл дверь кабинета Александр. — И присаживайтесь. Паспорта, документы, пожалуйста… С кого начнем?
Турецкий развернул бланк протокола допроса свидетеля.
Не все ли равно, — буркнул белобрысый паренек. — Могу и я.
Объясните причину вашего внезапного ночного отъезда.
Приказал Олежка, мы и уехали.
Прапорщик Долгих был старшим группы?
Выходит, так.
Взбрело Олежке в голову, он и приказал?
Почему? Позвонили.
И кто же?
Начальство, — помолчав, ответил белобрысый.
Начальства у вас много. Но звонил-то один начальник. Его звание и фамилия?
Вроде как подполковник Рябков…
Вроде или точно?
Вроде…
Так мы с вами можем и не договориться, ребятки, — улыбнулся Турецкий. — Смотрю, хорошо вас накачали… Начнем с другого конца. Вам известно, что произошло в особняке?
Слыхали.
Погиб Олежка.
Парни переглянулись и ничего не ответили.
Кто вас ко мне доставил?
Не ваши же! — горделиво ответил белобрысый. — С вашими мы бы не поехали!
И откуда?
Из кабинета Рябкова.
Значит, ни свет ни заря, а подполковник уж к себе на ковер?
Чего это? Ни свет ни заря… Приказал в десять, в десять и прибыли.
О чем спрашивал?
Белобрысый шмыгнул носом и умолк.
Ребятки, вы знаете, где находитесь? — спросил Турецкий.
Ясно где, в Генпрокуратуре, у следователя по особо важным делам.
—- Верно. По особо важным. Начальника боитесь замазать?
Кто боится-то?
Так что ж ты молчишь, как партизан, если такой храбрый?! — повысил голос Александр. — Спрашиваю — отвечай!
