Король Треф

проснулся оттого, что за окном какая-то баба пронзительно кричала противным голосом:
– Сема! Я кому тебе говорю? Если мама сказала «ноу», значит – «ноу»! А ты что делаешь?
Я встал с постели, подошел к окну и распахнул его настежь.
Светило сентябрьское солнышко, чирикали американские воробьи, а под окнами моей квартирки, находившейся на третьем этаже, русская эмигрантка воспитывала своего малолетнего отпрыска.
– Это ты кому говоришь «фак ю»? Это ты своей родной матери говоришь «фак ю»? Вот погоди, придет папа из вэрхауза

, он тебе покажет «фак ю»! Иди сюда, я тебе нос вытру!
Я рассмеялся и отправился в ванную.
Встав под тупые иголки душа и смывая с себя сонливость, я размышлял. Две недели назад после разговора с Алексом, а затем со Львом Захаровичем, которому я вручил десять тысяч, я решил-таки позвонить той самой девице, которая пророчила мне, что я начну разговаривать, как все эмигранты. То есть на дикой смеси русского и английского. Тогда она была сильно занята, зато вчера сама позвонила мне и предложила встретиться. Мы встретились в Центральном парке, и там, на скамеечке, в укромном уголке, она сделала мне такой минет, что у меня чуть глаза внутрь не провалились.
Я сделал воду похолоднее и продолжил свои глубокомысленные размышления. Что касается секса – это все лирика.
А физика заключается в том, что, когда я, закончив разговоры со Львом Захаровичем, отъезжал от «Одессы», за мной увязалась «Мицубиши Галант» с черными стеклами. Я намеренно поколесил по Бруклину, чтобы убедиться в том, что она едет именно за мной. Убедился. И это мне не понравилось. Видать, Алекса всерьез заинтересовала моя персона. Может быть, я и сам в этом виноват, нужно было лохом прикинуться, а не тем, кто я есть на самом деле… Но, как бы то ни было, поздняк метаться.
За те две недели, которые прошли с момента разговора в «Одессе», я много раз видел этот «Галант» в зеркале заднего вида. И даже успел заметить, что над правой фарой у него небольшая вмятина, заклеенная пластырем в цвет кузова. Так что теперь я точно знаю, что за мной следят. Зачем – не знаю. Но что следят – это точно, и к бабке не ходи.
И теперь они наверняка знают, где я живу. Прямо к моему дому они не совались, чтобы не засветиться, зато пару раз садились мне на хвост кварталах в двух от моей норы. А ну, как это со стороны Стилета дует? Ой, не нравится мне это…
Но ничего. Теперь, после всех моих российских выступлений в стиле «Рэмбо-9», я решил быть предусмотрительным и приготовился к возможным неожиданностям. Тем более что деньги позволяют.
А все-таки тесен мир, ничего не скажешь!
Вот вроде и в Америку уехал, а чувствую, что и тут начинается какая-то возня вокруг меня. Наверное, нужно было валить в Индонезию или в Новую Гвинею. Там кругом дикари темнокожие, солнышко, девушки голые…
Я закрыл кран и, оставляя на линолеуме мокрые следы, прошел в кухню и поставил на газ чайник.
Пока он грелся, я быстренько вытерся и оделся. И к тому времени, когда чайник закипел, я был уже совершенно готов к дальнейшим подвигам во славу собственного безрассудства.
Выйдя из подъезда, я подошел к «Хонде», и она приветствовала меня тихим посвистыванием. Пробормотав «привет, привет», я открыл дверь и сел за руль. Сегодня вечером мне была назначена встреча по вопросу моих документов, и я должен был привезти братве еще десятку, за что они обещали вручить мне пачку бумаг, свидетельствующих, что я могу находиться на территории Соединенных Штатов хоть до второго пришествия и что я нахожусь под защитой Закона этой страны и пользуюсь всеми правами ее гражданина.
Звучало это, конечно, хорошо, но мне сильно не нравилось то, что встречу мне назначили не в ресторане, а в пустынном месте под виадуком. Это настораживало. Не знаю, конечно, может быть, тут у них и принято обстряпывать темные делишки в пустынных местах, как это показано в гангстерских фильмах, но ведь в тех же фильмах показано и то, во что превращаются подобные встречи, если одна из сторон играет не по правилам.
Выехав из своего квартала, я увидел в зеркале, что из соседней улицы вывернул знакомый «Галант» и тихо покатился следом за мной.
Нет, ребята, сегодня мне ваш эскорт не нужен. У меня есть дела, к которым вы не имеете никакого отношения. То есть, может быть, и имеете, но, куда я еду и что буду делать, вам знать совсем не обязательно. Я пристегнул ремень безопасности, чего раньше не делал никогда, и вдавил педаль в пол. «Хонда» взвыла и прыгнула вперед.
Сидевшие в «Галанте» люди не ожидали от меня такой прыти и слегка замешкались. Пока они там разевали свои хлебальники, я успел оторваться метров на сто пятьдесят и теперь у меня