Король

верность, пока смерть не разлучит вас?
– Да, – сказала Бэт. – Безусловно.
– Хорошооооо. – Лэсситер пролистал еще несколько страниц. – Окей, теперь кольца? Парни, у нас есть кольца?
– Надень ей на большой палец мое кольцо, – сказал Роф, снимая массивный черный бриллиант, когда-то принадлежащий его отцу.
– Вот.
– А он может взять мое, – сказала Бэт. – Когда-то оно принадлежало его матери.
– Ой, какая прелесть. – Лэсситер взял кольцо Рофа.– Хорошо, а теперь оторвемся, как следует. Я благословляю эти кольца. Бэт, возьми свое кольцо и одень на любой палец, какой пожелаешь. Или на пол пальца, как пойдет. Окей, повторяй за мной. Дерь… в смысле, блин, я должен был сначала предложить это Рофу, кажется.
– Нет, – сказала Бэт снова смеясь, – Правда, все идеально.
– Идеально, – согласился с ней Роф.
Все это было настолько… правильно. Естественно и реально, и отсутствие формальностей было абсолютно в тему, особенно в свете нелепой системы ценностей аристократии.
Черт, Лэсситер был ходячим и дышащим противоядием.
– Итак, Бэт, повторяй за мной. Я, Бэт, невероятно клевая цыпочка…
Бэт захихикала.
– Я, Бэт…
– А куда делись слова «клевая цыпочка»? Что? Да ладно, у меня лицензия из сети, я знаю, что делаю.
Роф кивнул своей лилан.
– Он прав. Ты на самом деле клевая. Я думаю, мы все должны это услышать.
– Я хочу услышать ваше «аминь»! – закричал Лэсситер.
– Амиииинь, – прокатилось многоголосое эхо по всему дому.
– Хорошо, хорошо, хорошо, – сказала она. – Я, Бэт, невероятно клевая цыпочка…
– … беру этого болвана, Рофа…
– … беру этого болвана, Рофа…
– … в мужья, чтобы быть с ним с этого дня и навсегда…
– … в мужья, чтобы быть с ним с этого дня и навсегда…
– … в горе и радости, в богатстве и бедности…
И вдруг все перестало быть шуткой. Чем больше она говорила, тем серьезнее становился Лэсситер, тем сильнее дрожала его шеллан, словно ее слова были наполнены великой ценностью и смыслом.
Это ее традиции, вдруг осознал он.
Бэт продолжила дрожащим голосом:
– … в болезни и здравии…
– …любить и почитать, пока смерть не разлучит нас. Торжественно клянусь.
Лэсситер перевернул страницу.
– Я даю тебе это кольцо как символ моей клятвы, и всем, что я есть, и всем, что есть у меня, я чту тебя во имя Отца, и Сына, и Святого Духа.
Роф вдруг стиснул зубы, чтобы сдержать свои эмоции под контролем, пока она повторяла эти слова и надевала рубин на его мизинец.
– А теперь, мой Гоподин, – учтиво произнес Лэсситер. – Повторяйте за мной…
***
Бэт никогда не принадлжела к девонкам, которые представляли свою свадьбу. Проигрывали ее своими куклами. Покупали журнал «Невеста», как только стукнуло двадцать.
И она была уверена, что даже будь оно иначе, то все равно ни одна мечта не смогла бы сравниться с реальностью: в окружении вампиров и падшего ангела в костюме Элвиса она, возможно, беременная, коверкает церемониальные слова из Книги общих молитв.
И все же, смотря на своего без пяти минут мужа, Бэт не могда представить себе зрелища прекраснее. Опять же, что происходит, когда ты стоишь рядом с нужным тебе человеком? Ничего из того, что так рекламируют по телевизору, платье от Веры Вонг, водопад из шампанского, ди-джей, столовые приборы и подарки для гостей… все это не имело никакого значения.
– Я, Роф, беру тебя, Бэт, – начал Лэсситер.
– Я понял, – сказал ее муж своим громовым голосом. – Я, Роф, беру тебя, Бэт, в жены, чтобы быть с тобой с этого дня и навсегда, в горе и радости, в богатстве и бедности, любить и лелеять тебя, пока смерть не разлучит нас. Торжественно клянусь.
Вот вам и слезы.
Бэт всхлипнула и одновременно улыбнулась, а Роф надел гигантское королевское кольцо ей на большой палец. Он сказал серьезно и искренне:
– Я даю тебе это кольцо как символ моей клятвы, и со всем, что я есть, и со всем, что есть у меня, я чту тебя во имя Отца вашего, и вашего Сына, и вашего Святого Духа.
Прогремели громкие и продолжительные аплодисменты. И Лэсситеру пришлось кричать, чтобы его услышали:
– Властью, данной мне Гуглом, объявляю вас мужем и женой! Жених может поцеловать свою невесту!
Аплодисменты стали громче, когда Роф обнял ее и наклонил назад так сильно, что только его сила удерживала ее от падения.
Он постоянно так делал – безсознательный способ подтверждения, доказательства своей физической способности позаботиться о ней.
– Сними с меня очки, – прошептал он, когда их скрыл занавес его распущенных волос. – Я хочу, чтобы ты видела мои глаза, даже если они не могут видеть тебя.
Руки Бэт дрожали, когда она