Королева

ты здесь? — спросила Эллис, выводя замысловатые фигуры указательным пальцем, на обнаженной груди сапфирового дракона. При этом его лицо стало таким умильным, что королеве показалось, еще чуть-чуть, и он замурчит от удовольствия.
— Что бы помочь тебе. От тебя Триш направился ко мне и все рассказал про твой побег и его причины. Знаешь Эллис, если бы ты родилась в этом мире, то наверняка драконом, слишком отлично наше понимание свободы от свободы у прочих рас, и слишком оно близко тебе.
Удивление в глубине серо-голубых глаз — она не ожидала таких откровений от Эссси. Ее рука замерла, забыв про выводимые фигуры, жаль, это было так приятно. Его рука, вторя воле хозяина, накрыла ее руку, прижав к вздымающейся дыханием груди. Он еще не забыл того вечера на пляже, манящей близости ее губ и отказа в глазах, отказа на одной силе воли, на одном понимании неизбежного. И он до сих пор не понял, что толкает его к ней, заставляет проверять на прочность, искать близости, наслаждаться чистотой ее эмоций. Зачем он с маниакальным упорством то стремиться всячески помочь ей, как королеве, то пытается сломать ее венценосную жизнь.
А Эллис лихорадочно вспоминала все, что знала о драконах и эти воспоминания лишь подтверждали слова Риша. Невольная грусть охватила сердце, безудержное желание стать драконом заполнило все ее существо. Тогда бы не пришлось сдерживать своих чувств, не пришлось бы думать о том, как приятно разливается тепло, от руки, прижатой к груди дракона. Протяжный раскат грома разорвал царящую тишину, причудливый изгиб молнии на мгновение наполнил комнату светом. Девушка, спохватившись, отдернула руку, как от раскаленной сковородки, и стремительно повернулась спиной к проницательным глазам дракона, пытаясь обуздать всколыхнувшие ее естество чувства. Хлопнули на ветру ставни, и редкие капли обернулись нарастающим дождем, пока еще нехотя принимающимся за свои очищающие обязанности.
— Прости, — руки дракона опустились на плечи сжавшейся в напряжении королевы, слово прозвучало над самым ухом, Эллис кожей почувствовала жар дыхания, и кожа ее вопреки желаниям хозяйки покрылась мурашками.
Эссси после недолгого колебания, все же убрал руки, и отстранился от девушки. Капли все чаще и чаще ударялись о крышу, сливаясь в единый рокот дождя, пропитывая воздух стылой зимней сыростью. Его собственные чувства вдруг показались дракону такими же сырыми и по-зимнему холодными. Он чувствовал, не мог не чувствовать, какие эмоции вызывает у нее, и как она старается их побороть. Она могла бросить все, но и не думала сходить с выбранной дороги, и он уважал ее за этот выбор. Ее чувства, несмотря на внутреннюю борьбу, на отказ разума от них оставались ярки и чисты, как солнечный лучик в погожий день.
— Ничего, — королева окончательно взяла себя в руки, и повернулась к дракону, со спокойствием во взгляде и легкой улыбкой на губах, — и как же ты намерен мне помочь?
— Смотри, — дракон указал ей на середину комнаты, где прямо из воздуха появилась точная копия дроу полукровки. — Это иллюзия, очень сильная полностью осязаемая иллюзия. Более того, я наложил на нее маску твоей личности, поэтому этот наемник будет вести себя так, как вела ты, будет слышать, о чем говорят окружающие, отвечать и выполнять приказы. Исчезнет она через сутки, выбрав подходящий момент, чтобы у окружающих возникло как можно меньше подозрений. Я думаю, она сможет доставить герцогу немало головной боли в попытках разгадать, как же ты можешь находиться в двух метах одновременно, и за тобой ли наблюдал его человек все это время.
— Круто, — выдохнула завороженная девушка, впервые столкнувшаяся с высшей магией этих существ. Только драконы могли создавать разумные иллюзии, а такого уровня в вовсе единицы, и слава Первым — Эллис не хотелось бы гадать кто перед ней живой человек или его иллюзорная копия. — Значит, эта иллюзия сможет пойти вместо меня с караваном торговцев?
— Конечно, а ты на рассвете прикрытая моей защитой вернешься во дворец.
— Спасибо Риш! Ты мой лучший друг! — счастье, благодарность, нежность и восхищение уютным коконом окружили Эссси. А ведь на сегодня он еще не закончил с подарками.
— Это еще не все, — коварная улыбка заинтриговала королеву, и заставила еще внимательнее смотреть на довольного дракона. — Я бы пришел к тебе еще раньше, но изготовление амулета заняло четыре дня.
— Кого амулета?
— Вот этого, — в то же мгновение в руке Риша появился кулон. Крупный сапфир искуснейшей огранки, нежно играл своими гранями в свете единственной свечи, разгоняющей полумрак. Изящное тонкое серебро, паутинкой причудливых узоров окружало камень, окончательно превращая его в шедевр ювелирного искусства.