Королева

прежней жизни, ради теплого комочка в груди. Еще слишком рано, нужно больше времени.
Король не посмел отпустить ее ни на секунду. Слишком велик, оказался его страх. Поэтому до ее покоев, до ее кровати, он нес девушку на руках, трепетно прижимая к груди. Ее и раньше носили на руках. Но так долго, так самозабвенно, с таким теплом, еще никто и никогда. Сердце вновь забилось быстрее, преисполненное благодарности.
Врач, завершив осмотр, лишь подтвердил ее собственные подозрения. Ничего серьезнее синяков и ссадин она не заработала. Да и то половина из них остались еще с тренировки. Только вот король, казалось, ничего этого не слышал. Понять его дальнейшие планы не составило труда. И сердце, что едва не одержало победу, растопленное шквалом непривычных чувств, вновь уступило место разуму.
Едва за королем закрылась дверь, девушка с резвостью ракеты покинула постель. А ее скорости облачения в одежду позавидовал бы бывалый солдат. Она вышла почти сразу же за королем, и скрылась прежде, чем отправленная им охрана заняла почетный караул у ее дверей. Ее исчезновение, несомненно, взбесит короля, как же удрать из-под охраны, когда на нее покушаются. Вот только неизвестность собственного местонахождения для нее, куда лучшая защита. А уж пробраться незамеченной до библиотеки, и вовсе не составит труда. И там не придется скучать от ничего неделанья. А еще друид обещал ей мазь, которая будет очень быстро сводить синяки и ссадины. Нормальные тренировки без таких неприятных мелочей невозможны. Вот только королева в синяках это тоже не дело, что подумают подданные, а особенно ее супруг.

Придворные во время обеда недоумевали: невеста короля отсутствовала, сам король сидел мрачнее тучи и почти ничего не ел. Лишь Кэриен не мог позволить себе такой роскоши, да и маска за столькие годы стала слишком привычной, он одел ее как всегда в таких ситуациях, не задумываясь. Герцог Каэрсанит, как обычно, пил вино без меры, шутил, сплетничал и, как и все, недоумевал по поводу дурного настроения короля и отсутствия его невесты. Только вот на сердце у него было ой как не спокойно. Покушение, в этом и сомневаться не стоило, тем более заговорщица уже нашлась и уже допрашивается. То, что такое вообще произошло, само по себе огромный просчет в работе СБ. Его первейшая задача предотвращать, а не расследовать случившееся. И то, что девушка действовала сумбурно, поспешно и с минимальной подготовкой, его отнюдь не оправдывает. Он предполагал, что против будущей королевы начнется интрига.
Но еще больше герцога беспокоило ощущение, что все не так просто, как кажется на первый взгляд. Такое уже случалось несколько раз, дежавю, словно против тебя играет противник во много раз тебя превосходящий. Все идеально, гладко и понятно, но противное чувство не дает покоя. Он познакомился с этим чувством еще на обучении у друида, и именно за этот внутренний голос Дэриэн так любил своего ученика. Но учитель не станет играть против избранницы Первых, нелюдь, куда больше дорожит памятью о созидателях. Или станет. Если решил взяться за ее обучение. Когда дело касалось друида, Кэриен пасовал, понять его мотивы до сих пор не представлялось возможным. Слишком разные взгляды на жизнь у долгожителей и смертных людей. К сожалению, Дэриэн не ответит даже на его прямой вопрос о причастности. Одна надежда, что его сотрудники не зря едят свой хлеб, и к вечеру появится, хоть какая-нибудь ниточка. Которую уже завтра наверняка обрубят.
У Ксаниэля еда становилась поперек горла, стоило только вспомнить о том, что случилось не более часа назад. Он вновь плакал, плакал от страха за жизнь дорогого человека. Прежде такое случалось лишь единожды. Он слишком хорошо помнил ту боль потери. Помнил, как спасался от нее в работе, давая себе перерывы лишь на сон. Помнил, как устав от работы пытался спастись в объятиях многочисленных любовниц. Помнил, как пытался утопить боль в вине, лишь больше ее разжигая. Помнил и не хотел повторения. Еще тогда два года назад, он поклялся на могиле родителей, что никому не позволит забирать дорогих ему людей преждевременно.
Эллис, ненормальная девчонка, возомнившая о себе черте что, и его вторая половинка. Та, которую он с трепетом и нежностью ждал 17 лет. Тогда будучи еще ребенком, он мечтал о ней. Красивая сказка, красивая мечта, исчезшая под грузом прожитых лет, уходящая все дальше и дальше с каждой новой любовницей. Он полюбил ее еще тогда, в своей ранней юности. Еще тогда он представлял ее себе, мечтал о том, какой она будет. Она ведь и оказалась именно такой, какой он ее воображал, вот только забыл, а такое не прощается. Мечты нельзя предавать. Теперь они по разную сторону баррикад воздвигнутых пари, это его расплата, и уже не важно кто выйдет победителем.