Королева

не чуждо, особенно в этом мире. Такие возможности забыть про свое положение и просто повеселиться у них бывают ой как нечасто, даже за их очень длинную по человеческим меркам жизнь. Почти все время они вершат судьбы своего народа. Эллис выбрала аналогичную судьбу, и возможно это ее последняя вечеринка, как бы прощание с прежней жизнью. В конце концов, поняв, что ее пари с супругом ничего не грозит, юная королева, как писалось в одной книге про одного барда, бросила вожжи.

Светало. За окном, не до конца прикрытым портьерами, уже голубело, в предвкушении нового дня, небо. Воздух в спальне постепенно приобретал мягко розовый оттенок, словно норовя смягчить напряженную атмосферу, что воцарилась в этой комнате. Тяжелый вздох. Пустой бокал отставлен в сторону. Еще одна бутылка прекраснейшего вина пуста. Но даже лучшее вино из королевских погребов, так и не смогло развеять ночные тревоги. Буря чувств порождала все новые и новые мысли. О, как же он завидовал своей супруге, как беспокоился за нее, как ревновал ее к демону и дракону, как ненавидел и как любил. Приходя в отчаянье, он готов был простить ей все, пусть только вернется, пусть не поддастся соблазну демонического очарования, пусть он сможет вновь увидеть свою сереброволосую королеву. Когда она улетела на сапфировом драконе, он страстно желал собственноручно убить и ее, и ее новых друзей — похитителей. Сколько же сил пришлось приложить Кэру, чтобы мгновенно погасить ярость и ревность короля, не дать случится межрасовому скандалу, сделать вид, что все именно так и задумывалось. Поймав себя на этой мысли, Ксаниэль подумал о том, что он совсем никудышный король, даже его новоиспеченная супруга и то держится достойнее, не позволяет своим чувствам брать верх. О да, она умеет бывать холодна как лед.
Вспышка телепорта вырвала короля из раздумий. Облегчение смешалось с негодованием. Этот чертов повелитель демонов, не напрягаясь, обходит защиту дворца, о какой безопасности в таком случае может идти речь. Да он сильнейший и талантливейший маг своей расы, иначе не стал бы столь юным повелителем. Но как же неприятно ощущать свои недоэльфийские способности, по сравнению с возможностями и способностями прочих властителей. Никому не нужный и ничего не стоящий, правитель по рождению, а не по заслугам. Его супруга и то куда больше интересует и восхищает нелюдь. Ее-то заклинание выбрало и за способности и за прежние достижения.
Шевеление на кровати оторвало короля от самобичевания, и привлекло его внимание к Эллис. На королевском ложе барахтался далеко уже не белый и местами порванный ком, из его супруги и ее платья. Похоже, она пыталась подняться, или выпутаться из своих многочисленных юбок, но запутывалась еще больше. Мученический стон, слегка растопил его сердце. Она жива и здорова, и ничего сильнее похмелья ей не грозит. Стоит порадоваться, хоть кто-то провел эту ночь весело, не мучаясь грустными мыслями. Но отчего так паршиво на душе.
— Ваше величество вы тут? — Осторожно, с попыткой вложить подобострастие, подал голос, барахтающийся серый ком. Ее язык заплетался, пьяна она не на шутку, странно как вообще находится во вменяемом состоянии.
— Слава Первым, я был тут всю ночь, — едко ответил король. Теперь, когда облегчение накрыло сердце, старые чувства рвались наружу. Успокоенные доводами разума ревность и ярость вновь закипали внутри, приправленные неудержимым хмельным желанием. Она должна расплатиться за все те беспокойства что причинила.
— Вот и отлично! — в голосе неподдельная радость. — Я буду очень благодарна, если ты разденешь меня. Я, похоже, окончательно запуталась, да и снять это платье мне даже трезвой не под силу! — Эллис пришлось приложить немало сил, чтобы высказать столь длинную мысль. Язык безбожно заплетался и совершенно не желал издавать требуемые звуки.
— Может, расскажешь, где ты пропадала все то время, которое должна была провести со мной? — недобрым голосом спросил Ксан, пытаясь разобраться, где голова, а где ноги, и откуда вообще стоит начинать снимать платье.
— А меня похитили, — невозмутимо заявила Эллис, — и почему ты не стал меня искать, я так ждала тебя всю ночь! — Попытка искренне возмутиться провалилась, пьяным голосом все звучало слишком наиграно. Король лишь пренебрежительно фыркнул в ответ.
— А если честно то было очень весело, ты пропустил самое интересное на нашей свадьбе!
— Не сомневаюсь, демоны умеют веселить и соблазнять, — очередная волна ревности. С корсетом покончено, можно пытаться снять платье и юбки. Тело девушки легкой дрожью отзывается на его случайные прикосновения.
— Ты ревнуешь? — искреннее изумление,