Прекрасная Даниэлла, незаконная дочь короля Эдуарда III, с детства привыкла считать своим самым страшным врагом шотландского рыцаря Адриана, по вине которого король завладел и ее замком, и ее матерью. Когда венценосный отец, по жестокому капризу, решает отдать девушку Адриану в жены, Даниэлла клянется превратить жизнь ненавистного мужа в ад, но вместо этого оказывается в раю безумной любви и обжигающей страсти…
Авторы: Дрейк Шеннон
действительности никаких проблем с оплатой у счетовода не возникало. Просто Джайлз решил, что хозяйка слишком долго беседует с молодым французом. Даниэлла прошла через зал и поднялась по лестнице на второй этаж, где в конце коридора располагались ее покои.
Войдя в комнату и закрыв за собой дверь, девушка в нерешительности остановилась. Эта комната когда-то принадлежала Леноре, и в ней мало что изменилось после ее смерти. Массивная кровать под балдахином располагалась по центру задней стены; гобеленовое покрывало на кровати и такие же драпировки на окнах оставались теми же, что и при матери. Комната была прямоугольной, с ковром и несколькими стульями перед камином, со стойкой бара, где стояли графины с вином и кубки, с рабочим столиком у окна.
Когда Даниэлла приехала сюда из Гаристона, то первым делом приказала построить у дальней стены комнаты личный туалет и гардеробную. Недалеко от камина она поставила умывальник с высоким, очень дорогим зеркалом в богато инкрустированной оправе. На маленьком прикроватном столике лежали книги — любопытная смесь романтики и практики: девушка любила читать как романтические поэмы о приключениях и подвигах рыцарей, которые потоком хлынули во Францию из Италии и даже достигли Англии, так и труды по истории, строительству, разведению лошадей и домашних животных, а также книги по различным видам оружия. Подойдя к кровати, Даниэлла взяла в руки томик стихов о неразделенной любви и легла на кровать почитать его.
В дверь тихо постучали, и она услышала, что кто-то зовет ее по имени. Это была Монтейн. Даниэлла быстро вскочила с кровати, подбежала к двери и, улыбаясь, распахнула ее. Улыбка мгновенно исчезла с ее лица, когда она увидела встревоженное лицо Монтейн.
— Что случилось? — спросила Даниэлла.
— Джайлз сказал мне, что вы завтра собираетесь на охоту, — последовал ответ.
— Монтейн, вы же знаете, что я прекрасная наездница, — заметила Даниэлла, не скрывая удивления.
― Даниэлла, я действительно очень обеспокоена, — сказала Монтейн, и ее хорошенькое личико еще более омрачилось. — Эти набеги на Гасконь… Так называемые благородные рыцари под предводительством своего графа жестоко насилуют женщин, избивают и вырезают мужчин.
— Это просто сплетни! Не могу поверить, чтобы они были такими жестокими, — возразила Даниэлла, которая не могла себе представить, чтобы Симон вел себя подобным образом. — Не стоит так волноваться, Монтейн. Они не решатся прийти сюда, а если все же осмелятся, то бояться нечего — крепость укреплена прекрасно и выдержит любую осаду.
— В этом-то и дело, графиня. Крепость надежно защищена, и вам лучше оставаться в ее стенах.
— Монтейн, я отправляюсь на охоту в сопровождении опытных рыцарей.
— Таких, как Симон! — презрительно воскликнула Монтейн.
Даниэлла нахмурилась.
— Мне казалось, что Симон вам нравится.
Монтейн ничего не ответила на это, а лишь сокрушенно покачала головой.
— Если бы только я в свое время не ослабила подпругу…
— Ослабила подпругу? О чем вы говорите?
Взгляд красивых карих глаз Монтейн выражал сильную печаль.
— Адриан Мак-Лахлан. Вы думаете, что я не видела, как он вас тогда отшлепал по моей вине. Если бы я не ослабила подпругу, он не был бы так сердит на вас, а вы перестали бы его ненавидеть. Если бы я этого не сделала, он сейчас был бы с нами или мы жили бы в Англии.
Даниэлла весело рассмеялась:
— Вы ослабили подпругу, а я совершала еще более глупые поступки. Но, Монтейн, я вовсе не питаю к нему ненависти только потому, что он обвинил меня в том, что сделали вы. Я давно ненавидела его за то, что он сделал с Авийем.
— Но это…
— Да, да, знаю: это было еще до моего рождения, и уже никто не помнит об этом. Здесь мой дом, и Адриана снами нет. Я графиня по рождению. Откровенно говоря, Монтейн, я удивлена, что вы так мало доверяете мне.
— Вы управляете поместьем с большим тактом и умом. Ваши родители гордились бы вами.
— Спасибо на добром слове, Монтейн.
— Но вы не понимаете кое-чего очень важного.
— Чего?
— Вы являетесь лакомым кусочком для мужчин.
— Монтейн, что за ерунда…
— Даже если бы вы были старой каргой лет восьмидесяти, то и тогда мужчины добивались бы вашей руки, так как благодаря вам они могут стать обладателями несметного богатства.
— Не забывайте, что я обручена.
— Вы так считаете? — фыркнула Монтейн. — Жадные до денег рыцари найдут способ признать вашу помолвку недействительной. Вам надо быть очень осторожной.
— Монтейн, я еду на охоту с моим лучшим другом, с ним я буду в полной безопасности.
— Моя интуиция говорит мне об обратном, — сказала Монтейн с несчастным видом.
Монтейн ушла,
