Прекрасная Даниэлла, незаконная дочь короля Эдуарда III, с детства привыкла считать своим самым страшным врагом шотландского рыцаря Адриана, по вине которого король завладел и ее замком, и ее матерью. Когда венценосный отец, по жестокому капризу, решает отдать девушку Адриану в жены, Даниэлла клянется превратить жизнь ненавистного мужа в ад, но вместо этого оказывается в раю безумной любви и обжигающей страсти…
Авторы: Дрейк Шеннон
бросилась к двери и выскочила из дома. Она уже добежала до опушки леса, когда почувствовала, что ее настигают. Чья-то сильная рука схватила ее за плечо.
Вырвавшись из цепких пальцев нападавшего, она побежала снова, но очень скоро незнакомец снова догнал ее, дотянувшись до развевавшегося платья, потянул назад. Потетеряв равновесие, Даниэлла упала. Уткнувшись носом в густую траву, она вытащила свой маленький нож, быстро перевернулась на спину и приготовилась всадить его в горло нападающему. Мужчина навалился на нее всем телом, и девушка ударила его ножом в горло. Но нож не достиг цели, так как противник вовремя прикрылся латной рукавицей, и его пальцы вцепились ей в запястье.
Нож выпал. Теперь они лежали на земле, глядя друг на друга.
На человеке была кольчуга, а поверх нее — туника с геральдической эмблемой: лев, а под ним три леопарда.
На нем был шлем с забралом, через прорези которого девушка могла видеть его глаза. Эти золотистого цвета глаза она хорошо помнила. Яркие, горящие, они предостерегающе смотрели на нее. Завораживающие, притягивающие и страстные, эти глаза сейчас светились злобой…
Мужчина сел на корточки и снял с головы шлем. Густые темно-рыжие волосы, взмокшие от долгого ношения шлема, упали ему на лицо. И это лицо она тоже хорошо помнила.
Загорелое, с резкими чертами, суровое и прекрасное. Сейчас на этом лице были заметны небольшие морщинки вокруг глаз. Его полные губы кривились в презрительной усмешке. Даниэлла смотрела на него, чувствовала его прикосновение, все внутри нее дрожало от негодования. Неужели он не мог окликнуть ее?
— Мак-Лахлан! — задыхаясь, произнесла она.
— Да. Это я, леди, — ответил он, и голос его был глубоким и хриплым. — Вы знали, кто я, когда собирались перерезать мне горло?
Даниэлла задохнулась от возмущения, и ее рука невольно взмыла вверх, чтобы залепить ему пощечину, но реакция рыцаря была мгновенной, и он, перехватив ее руку, крепко сжал ей запястье.
— Да как вы смеете! — закричала она срывающимся голосом. — Неужели вам трудно было окликнуть меня, назвать мое имя или хотя бы свое?.. — Она замолчала, переводя дыхание. Ее сердце неистово билось, ей не хватало воздуха.
— Я звал вас по имени, — ответил он с возмущением. Задыхаясь от злости, Даниэлла гневно покачала головой.
Ничего подобного она не слышала. Одному Богу известно, сколько времени она не видела этого человека. Он давно обвинил ее в скверных поступках и стал ее врагом. И вот сейчас опять он понапрасну обвиняет ее. Но в те времена ей казалось, что она хорошо знает и понимает его, а сейчас перед ней предстал властный незнакомец, человек, который не пощадит ее, если сочтет, что она в чем-то провинилась.
— Если вы звали меня по имени, то я вас не слышала, — ответила она, презрительно прищурившись. — Вы напугали меня до смерти… Я никак не ожидала увидеть вас здесь, откуда мне было знать, что вы приехали? Нас атаковали повстанцы. Это единственное, что мне известно.
— Мы ехали вслед за ними, миледи, — ответил он, не сводя с нее глаз. Он еще никогда так пристально не смотрел на нее, и его взгляд проникал ей прямо в душу, обжигая, словно огонь. Адриан разглядывал ее, как разглядывают новое оружие, картину, гобелен, как то, что видят впервые.
Присмотревшись повнимательнее, Даниэлла внезапно поняла, что, хотя его лицо немного осунулось и стало более суровым, Адриан мало изменился со дня их последней встречи. А вот она изменилась.
Девушка почувствовала, что ее вновь охватывает волнение, но не могла понять, что тому причиной.
— Но, кроме вас, в лесу был кто-то еще…
— Человек, который вынудил вас броситься в лес. Мне пришлось с ним разобраться.
— А где Дейлин, Симон и другие?
— Одному человеку сломали руку, несколько воинов получили ранения, но все остались живы. Пятерых разбойников мы прикончили, многие исчезли сразу же после нашего появления.
Даниэлла с облегчением вздохнула: все ее люди остались живы, и она благодарила за это Господа.
— В таком случае вы приехали весьма своевременно, милорд.
— Я приехал, потому что английские владения находятся под угрозой, и вы это прекрасно знаете, миледи.
Забыв о том, что она лежит под ним, словно отдавшись на милость победителя, девушка с возмущением закричала:
— И вы считаете, что можете вот так просто приехать сюда и распоряжаться? Долгие годы вы даже не вспоминали об Авийе, и мне пришлось все делать самой. Так знайте же: я с этим прекрасно справлялась.
— До сегодняшнего дня.
— Мне это неплохо удавалось.
— Возможно, но пока вы лежите поверженной, миледи.
— Тогда дайте мне возможность подняться.
Мак-Лахлан медлил, и Даниэлла слышала, как он скрипит
