Королевское наслаждение

спросил он любезно и, повысив голос, закричал, обращаясь к своим людям: — На свете нет ничего невозможного!
Не спуская глаз с жены, он натянул тетиву. Затем повернулся к мишени. Выстрелил.
Казалось, стрела летит целую вечность…
И вот она вонзилась в стрелу Даниэллы, расщепив ее. Сэр Ричард взвыл от восторга, а другие воины бросились к мишени, не веря своим глазам.
Даниэлла тоже отказывалась верить. Случилось невозможное. Лучники столпились вокруг мишени, обсуждая необычайную меткость Адриана, а он сам с довольным видом смотрел на жену.
— Что скажете? — спокойно спросил он.
— А то и скажу, милорд, — ответила она как можно вежливее, — что будь это настоящим сражением, а вы — моей мишенью, то вы бы сейчас не улыбались — я всадила бы вам стрелу в самое сердце и убила бы наповал.
Он улыбнулся, как ей показалось, язвительно.
— Я имел в виду не наше соревнование. Мне хотелось бы знать, почему вы пришли сюда? Вы соскучились по мне? Я надолго ушел с брачного ложа?
Кровь отхлынула от ее щек.
— Даже вечность не покажется мне без вас долгой, милорд.
— О, миледи, боюсь предстать перед вами не очень учтивым, но позвольте заметить, что вы лжете…
— Когда это вы вели себя со мной учтиво? — закричала Даниэлла.
— Ах так! Чудесно. Тогда, миледи, вы просто лгунья.
— Адриан, ради всего святого, скажите мне, что вы сделали с Симоном?
— Ах да, Симон… — Слегка выгнув брови, Мак-Лахлан изучающе смотрел на нее, и уголки его рта тронула улыбка. — Симон. Это тот самый молодой человек, который обвиняется в предательстве по отношению к королю Эдуарду и которого я обнаружил в спальне рядом с моей почти голой женой? Это о нем вы спрашиваете?
— Черт возьми, Адриан, он не англичанин, поэтому его участие в заговоре не может расцениваться как предательство английского короля.
— Значит, он устроил заговор, чтобы захватить владения короля Эдуарда?
— Я этого не говорила. Об этом только что сказали вы. С лица Адриана исчезла улыбка, а взгляд стал подозрительным.
— Умерьте свой пыл, леди. Я еще не забыл, что застал вас вместе. Вы хотите, чтобы я забыл все и простил его, но не думаю, что Симон этого заслуживает.
— Что вы с ним сделали? — продолжала настаивать на ответе Даниэлла.
— Ничего, миледи. Абсолютно ничего. Почему я должен что-то делать для того, чтобы этот тип извинился передо мной и попросил сохранить ему жизнь?
Адриан повернулся и направился к Звездочке. Перекинув поводья через ее шею, он похлопал кобылу по спине и отправил назад к дому.
— Зачем вы это сделали? — удивилась Даниэлла. — Вы хотите, чтобы я вернулась домой пешком? Странное же наказание вы для меня придумали.
— Наказание? Нет, миледи, просто за эти несколько часов я успел соскучиться по вас и хочу, чтобы вы поехали со мной.
— Не смешите меня, Адриан. Вы совсем не скучали по мне, а развлекались военными играми. Просто вам не хочется, чтобы я ехала на Звездочке без седла, расставив ноги!
Адриан ничего не ответил на это замечание и закричал своим людям:
— Парни, на сегодня достаточно! Скоро стемнеет!
Он громко свистнул, и его конь — в этот день рыцарь ездил на Матфее — послушно прибежал на зов. Адриан посадил жену на Матфея и устроился позади нее. Даниэлла сидела словно окаменевшая и лишь скрипнула зубами, когда муж обхватил ее за талию. Легким толчком пяток он тронул коня, и они поскакали вперед, возглавляя группу всадников. На землю быстро спускалась ночь. Последние лучи заходящего солнца окрасили стены замка в розоватый цвет, и Авий сиял словно мраморный.
Адриан пустил Матфея шагом. Услышав голос мужа, немного хриплый, но нежный, Даниэлла невольно вздрогнула.
— Значит, между нами всегда будет соперничество, миледи. Если это так, то прошу учесть: я вас предупреждал о последствиях. Запомните также, что я никогда не проигрываю — ни в сражениях, ни в играх.
— Я только что была близка к победе, — напомнила она. — А вам следует помнить, что я никогда не сдаюсь — ни в жизни, ни в играх.
— Даниэлла, признаете вы свое поражение или нет, но победил я.
— Что вы имеете в виду: наше соревнование в стрельбе из лука или то, что вы захватили Авий? Неужели мы не можем пойти на компромисс?
— Компромисс? — переспросил Адриан и громко рассмеялся. — С вами, моя любимая? Я сильно сомневаюсь в этом. Слава Богу, вы перестали мучить меня вопросами относительно Симона. Вам нравится бороться со мной, потому что вы всегда уверены в своей победе. Вот и сейчас вы снова забыли о своем дружке, как забыли о нем во время нашего состязания — разволновались, когда чуть было не одолели меня, — и стало не до Симона. Вам лишь бы поспорить со мной.
До сих пор Даниэлла сидела, прижавшись