Кошмар на улице с вязом

с покойником вы не участвовали, вашей вины в пожаре нет. Ну если предпочитаете идти пешком, то мы, пожалуй, поедем. Совершенно нет времени.
Я спохватилась, но задать новый вопрос не успела. Нина Андреевна добровольно подалась в кювет. И зря. Наташка очень аккуратно тронулась с места и, только миновав Грачики, прибавила скорость, от души радуясь асфальтовому покрытию.

Долгое время я упорно и обиженно молчала – из принципа. Одновременно надеясь на то, что у подруги проснется совесть, а не ее язык без костей. Сорвалась с места, не посоветовавшись со мной! Коротая минуты собственного молчания, я стащила туфли и попыталась пристроить их под сиденье. Как и думала, мне это не удалось, чему несказанно обрадовалась. Угнездив их вместе с ногами в зону теплого ветродуя от печки, начала потихоньку успокаиваться.
Время шло, а язык подруги молотил на одну и ту же тему: как хорошо, что покойнику Литвинову-Каретникову не пришло в голову влиться в нашу с Наташкой компанию в воскресенье. Тот самый вариант, когда третий – лишний. Хотя, с другой стороны, мы бы с ней наверняка долетели до машины со скоростью звука, и не касаясь ногами глиняной болтушки под ногами.
– Из-за тебя я лишилась возможности получить телефон жены Каретникова, – процедила я сквозь зубы второстепенное замечание в адрес подруги. Не стоило акцентировать ее внимание на главном.
Сказано это было мною вынужденно. Подруга, не испытывая никаких угрызений совести, сменила тему. На очередную – затяжную и ненужную. Легкомысленные Наташкины рассуждения о трудностях в работе с населением, постоянно возникающих у сотрудников Всемирного общества содействия грозили затянуться надолго. Наташка с упоением доказывала, что зря мы, бессребреницы, являемся этими сотрудниками. Даже страхагенты пытаются нагнать страху своими вопросами.
– Ирка, не привязывайся по пустякам. Я тебе этот телефон в два счета выясню. Только зачем он нам нужен?
– Затем! – Я упрямо не хотела делиться с Наташкой своими подозрениями. Решила пойти окольными путями. – Возможно, жена Каретникова знакома с деревянным идолом. У меня инстинктивное желание избавиться от Горицветы.
– Так уже избавились, раз она проживает у четы Ворониных.
– Да, но, так сказать, без регистрации! Спрашивать Горицвету все равно будут с нас.
– Спросят – отдадим. Последняя просьба умирающего – закон.
– Ты не дала уточнить мне характер глюков Татьяны! – упрямо заявила я.
– Напейся до белой горячки и узнаешь. Я тебе потом расскажу о твоих «откровениях». А о Танькиных глюках нам уже достаточно известно. Если у тебя плохое настроение, не стоит срывать его на мне. Надеюсь, помнишь, что я за рулем? Как последняя дура, таскаюсь с тобой по проселочным дорогам только потому…
– Ну, договаривай, договаривай.
– Не стоит попрекать меня тем, что я привлекла тебя к слежке за Дашкиным мужем. Во-первых, понятия не имела, во что это выльется, во-вторых, Дашкина эпопея никаким боком не касается просьбы погорельца о спасении идола. Распыляемся в разные стороны! Мало ли какая БМВ-уха торчала напротив бывшего крематория Литвинова-Каретникова. Не одна она вся из себя такая синяя.
– Одна!!!
Я совершенно забыла про благое намерение не пугать Наташку. Она слишком резко затормозила, и я в полном смысле слова прикусила язык. Следовало прикусить его раньше.
Мы стояли на дороге и молча наблюдали, как заканчивается еще один дарованный нам день нашей жизни. Единственный в своей неповторимости. Вполне можно было организовать из него праздник. Теперь уже поздно. В какой-то мере Наташка права…
– Хорошо. Я не права, – донесся до меня тихий голос подруги. – Я не последняя дура. Последняя – ты. Мне выпала честь быть первой в нашей гонке за лидерство. А тебе не кажется, что ты не отдаешь себе отчет в том, что дурачить меня, мягко говоря, не честно?
– Я не дурачила, – также тихо ответила я. Надо же! Не надрываемся, но прекрасно слышим друг друга. – Просто помнила, что ты за рулем. Есть две убойной силы новости, которые связывают Дашкину эпопею с Литвиновым-Каретниковым. Будем продолжать верить, что обе фамилии относятся к одному и тому же лицу.
– Эти твои новости… Одна хорошая, другая плохая? – с надеждой спросила подруга. – По традиции обычно бывает так.
– Кажется, у этих новостей нетрадиционная ориентация. Гуляя по саду-огороду Татьяны, я случайно заглянула в гараж… Кстати, с внешней стороны ворота были закрыты на замок.
Я бросила на Наташку настороженный взгляд и удивилась перепуганному выражению ее лица. Нежный природный румянец, чередуясь с белыми пятнами, приобрел характер маленьких островков.