Кошмар на улице с вязом

кошмар на улице с вязом…
Я не стала рассказывать о том, как Наташка, подгоняемая чувством голода, обострившим все другие чувства, мастерски осуществляла преследование «сладкой парочки». Это сюжет для отдельного небольшого рассказа. Вкратце Михаил был знаком с развернувшейся на наших глазах драмой с похищением Литвинова Николая Петровича, являвшегося тем самым человеком, который сидел в машине рядом с Валерией. И совсем не удивился моему предположению, что типы, охотившиеся за Литвиновым, одного поля ягода с типами, впоследствии напавшими на детектива. Причина очевидна – в свое время Николай Петрович Литвинов – аферист высочайшего ранга, сумел развести их на очень большие деньги. Он вообще предпочитал работать по-крупному, безошибочно определяя лохастых клиентов. Только в тот раз дал маху. «Лохи» оказались достаточно серьезными людьми. Не удивлюсь, если с «богатым» собственным опытом. В следственные органы обращаться не стали. Скорее всего из-за отсутствия убедительного ответа на вопрос, откуда у них такие деньги. Не исключено, что по тем же соображениям собственной финансовой безопасности, какие были у Ильи с Динарой. Кстати, если последним не удастся рассчитаться с долгами, им придется носиться по необъятным просторам нашей Родины в поисках укромного местечка и до тех пор, пока не поймают. Положим, серьезным ребятам удалось вычислить, где в последнее время скрывался Литвинов…
Я встала, решив прикрыть форточку – дуло по ногам.
– Значит, Каретников и Литвинов – не одно лицо! У Литвинова имеется своя собственная морда! Вот гад, а? Воспользовался знакомством с Каретниковым! Отсиживался у него в Грачиках, пока…
– Наталья, этот момент еще более поздний, нежели тот, который имею в виду. Я говорю про…
– Тот самый выселяемый дом на улице с вязом! – нетерпеливо продолжила Наташка.
– Не-а…
Я с трудом повернула ручку форточки. Надо подсказать сыну, что семейные неурядицы начинаются с таких вот мелочей. Когда надоедает любоваться объектом своего обожания и восхищаться своей прозорливостью (а время от времени это случается у всех), они начинают раздражать. Прихватив по пути плед, я забралась на диван с ногами, закуталась и почувствовала себя в полной безопасности. По крайней мере от простудной угрозы.
– Давайте пока не будем обсуждать подпольные явки Литвинова. Не волнуйся, Михал Трофимыч, он жив! И мы всегда сумеем сдать его сыскной бригаде обманутых. Есть надежный способ выманить его из очередной норы. Может быть, обеспечим им материальную поддержку, если всей суммы хватит. В первую очередь, помогаем истинным лохам, которые не могут защитить себя сами – фирме «Горицвет». И пусть на тебя не действуют бандитские угрозы расправиться с похищенными участниками этой драмы. Поверь мне, они в безопасности.
Я и сама старалась убедить себя в том, о чем с такой уверенностью вещала. Все мы иногда ошибаемся. Но так хотелось выдать желаемое за действительное. И очень обрадовалась Наташкиной поддержке:
– Да уж… Не знаю, где сидят остальные, но Дашка определенно в надежном месте. А если и они сидят рядом с ней, у них вообще тепленькая компания. Дай боже, чтоб не спились! Татьяна наверняка превратила место самогоноварения в надежный бункер. Там же хранит и готовую продукцию. А как иначе? У местных почитателей этого зелья нюх собачий. Ведомые инстинктом, быстренько сделают подкоп и оставят Таньку с голой… надеждой на возрождение.
Детектив вопросительно смотрел на Наташку. Она неожиданно возмутилась и обозвала его Фомой неверующим. Учитывая, что он не изменил выражения лица, запальчиво заявила:
– Объясняю! Специально для безграмотных: Фома неверующий получил свое прозвище за то, что самым последним поверил в Воскресение Спасителя. Ничего в этом обидного нет, так что я тебя не оскорбила. Просто ты, как и он, из разряда крепко сомневающихся. И запомни на будущее, твой день – 21 декабря! С самым продолжительным темным временем суток. С 22 декабря начинается перевес в сторону светлости. Кстати, мы с Иришкой, побывав в Финлядии, узнали интересную вещь: все финны – грешники. Именно 21 декабря у них начинается Рождественский загул – забывают, что до окончания католического поста еще целых три дня и весело отмечают день Фомы неверующего. Только называется он у них по-другому – Туомас. С этого же времени у них в любом мало-мальски присутственном месте организуется маленький хлев…
– Наталья имеет в виду ежегодное воссоздание праздничной картины рождения Христа, – пояснила я, перехватывая инициативу. Мне не нравилось, что Михаил мрачнеет на глазах. Прямо, как день 21 декабря. Точно – задумался о немедленной поездке в Грачики. Тем более что сидеть столько времени