Кошмар на улице Вязов. Антология

раскладывал вещи
— Я знаю, — хихикнула она. Лиза подошла к коробке и заглянула внутрь. — Я подумала, что тебе надо помочь.
Джесси улыбался.
Скоро комната приняла ухоженный вид. Осталось только несколько коробок. Джесси вытащил из очередной коробки сверток, завернутый в газеты, и сорвал бумагу с бейсбольного кубка. Он поставил его на видное место.
— Свитера в шкаф? — спросила Лиза.
— Разумеется, — ответил Джесси. Лиза придвинула к шкафу стул, вытащила свитера из открытой коробки, встала на стул и положила их на полку. Она уже хотела спуститься, но что–то в дальнем углу полки привлекло её внимание. Она достала книжечку в кожаном переплете
— Что это? — спросила она.
Нахмурившись, Джесси глянул на книжку Она была меньше обычных размеров и застегивалась кожаным язычком в прорезь на обложке.
— Я не знаю, — наконец сказал Джесси. — Похоже на дневник.
Лиза подняла брови, спустилась и села. Она вытащила язычок и раскрыла книжку.
— Нэнси Томпсон, улица Вязов, триста двадцать три, — прочитала она вслух. — Ей пятнадцати лет.
— Ты её знаешь? — поинтересовался Джесси.
Лиза покачала головой. — Это было до меня. — Она перевернула несколько страниц и прочитала: «Семнадцатое февраля — мой день рождения. Папа пришел сегодня с большим медведем для меня. Он сводил меня на обед и в кино, а когда мы вернулись, они опять поссорились с мамой. Он ушел сердитый. Я хотела бы, чтобы они перестали ссориться»
Джесси махнул рукой на дневник и продолжал раскладывать вещи.
— Думаю, это печально, — сказала Лиза.
— Переживания пятилетней давности, — констатировал Джесси.
Лиза пролистала ещё несколько страниц, остановилась и стала читать с расширяющимися глазами: «Он приходит ко мне по ночам. Ужасный. Противный. Грязный. Рвет мою ночную рубашку стальным когтем».
Джесси резко повернулся и подошел к Лизе, выхватив у неё дневник. Затем он продолжил чтение: «Его зовут Фредди, и он тащит меня в котельную. Он хочет убить меня».
Джесси проняла дрожь Он перевернул страницу и замер.
— Что там? — сказала Лиза,
Джесси показал ей страницу. Следующую графу пересекало одно предложение: «Тина мертва».
Джесси и Лиза в ужасе смотрели друг на друга. Джесси перевернул страницу: «Род убит. Остались только Глен и я. Не могу уснуть!» Лицо Джесси побелело, когда он посмотрел на Лизу.
— Ты в порядке? — спросила Лиза.
— Что–то мне говорил Грейди о последних живших здесь людях. Девушка сошла с ума — увидела, как её друга убили в доме через дорогу… В это время Ширли заглянула в комнату:
— Как дела?
— Отлично. — Джесси спрятал дневник за спину.
Ширли осмотрела комнату; обрадованная переменами:
— Выглядит прекрасно! Я думаю, что вы можете сделать перерыв и выпить внизу холодного сидра.
Лиза посмотрела на будильник Джесси. Было восемь вечера.
— Нет… спасибо, — сказала она. — Я лучше пойду. К концу недели должна закончить важную работу.
— Ладно, ты можешь выпить его когда захочешь, — сказала Ширли перед уходом.
— Может быть, останешься? — спросил Джесси. Лиза с кислым выражением отрицательно покачала головой:
— Всемирная история. Но я увижу тебя завтра, хорошо?
Джесси кивнул.
— Веселая история. — Лиза показала на дневник. — Расскажешь, чем все обернется. Джесси открыл дверь:
— Я провожу тебя вниз.
После ухода Лизы Джесси налил себе на кухне стакан молока и прошел в комнату. Мать разворачивала ночную накидку на клетке с птицами.
— Жарковато здесь, а? — сказал отец, вытирая капли пота на верхней губе. Он встал с кресла, чтобы проверить регулятор кондиционера.
Глаза Джесси расширились. Он сразу заметил жарищу в комнате.
— Здесь девяносто семь градусов! — объявил Кен. Он сдвинул крышку и стал возиться с катушкой. Вдруг комнату заполнили громкие пронзительные крики птиц. Все посмотрели вверх. Джесси поставил свое молоко на телевизор и поспешил к клетке, срывая накидку.
Одна птица нападала на другую.
Джесси распахнул дверцу и попытался оттащить нападавшую птицу, но она до крови исцарапала его руку.
Когда Джесси убрал руку, птица вылетела из клетки в комнату с жутким боевым криком, несоразмерным с её величиной.
Птица сделала круг под потолком и спикировала на Кена, нанеся ему глубокий разрез под глазом. Теперь она казалась больше, чем раньше, — вдвое больше!
— Принесите щетку или что–нибудь в этом роде! — крикнул Кен.
Птица устремилась вниз, целя в Анджелу, я ударилась об абажур, сбив его на пол. Она летала под потолком у лампы, открыла клюв и испустила клокотание.
Ширли