Космическая фантастика, или Космос будет нашим!

поощрил меня за сообразительность одной из лучших своих улыбок. — Мы никому не могли отказать в возможности встретиться с вами. В конце концов, решать все равно вам, Аллофс.
— Лейстер, Мумин и Хан. Кто это?
— Артисты цирка, — широко улыбнулся Лин.
— Они имеют какое-нибудь отношение к Воронке?
— Вряд ли. — Лин улыбнулся. — Но они могли слышать Голос.
— Доктор Алемао.
— Экзобиолог. — Лин обернулся. — Интересуется всеми формами земной и внеземной жизни, даже, наверное, такими редкими и экзотичными, как инспектор Управления.
Я не поддержал тон, предложенный Лином.
— Какое отношение имеет доктор Алемао к Большой Базе?
— Думаю, никакого. — Лин был в восторге. — Но поговорить с новым человеком всегда полезно. Сами увидите.
— Оставим артистов цирка и доктора Алемао в резерве, — пробормотал я. — Я плохо разбираюсь в их проблемах.
Лин лучезарно улыбнулся. Лин поощрительно кивнул.
— Зоран Вулич, художник. Что нужно художнику от инспектора Управления?
— Что вы хотите? — улыбнулся Лин. — «Цирцея» приходит на Несс два раза в год. Мы живем на отшибе. Каждому хочется увидеть человека с Земли. Почему бы и вам не познакомиться с работами Вулича?
— Они имеют отношение к Воронке?
— Если говорить серьезно, — Лин улыбнулся, — у нас нет ничего, что не имело бы отношения к Воронке.
— Бетт Юрген, профессия не указана.
— Бетт Юрген… — Лин замялся. На секунду, но замялся, и я уловил эту заминку. — Синоптик… — Лин опять замялся: — Сейчас, кажется, без работы. Это следует уточнить. Подруга художника Оргелла, если слышали о таком.
Он вздохнул чуть ли не с облегчением:
— Не слышали? Немудрено. Мы живем далеко от Земли. Что вы там о нас знаете?
Похоже, Лин ждал ответа. Я не ответил.
— Скорее всего Бетт будет просить о помощи. Она рвется на Землю. Некоторые формальности мешают этому.
— Но при чем здесь я? — Вопрос прозвучал суше, чем следовало, но я был раздражен. — Разве такие вопросы решает не Совет?
— Конечно, Совет, Аллофс.
— Тогда избавьте меня от этого.
— Ваше право. — Лин восхищенно улыбнулся. И так же восхищенно вскинул руки над головой: — Деянира!

Столица Несс ничем не поражала воображения.
Типичный колониальный стиль: невысокие просторные здания, иногда с колоннадой, громоздкие башни непонятного назначения, бульвары, украшенные посадками каламитов — безлистных, голых, в шрамах от уже отпавших черенков, в сложных и нежных клубах воздушных корней.
Я с уважением вспомнил Положение о Космосе.
Если этот документ действительно позволяет оберегать даже столь непритязательные виды, значит, сами мы чего-то стоим.
— Приехали, Отти. — Лин сиял. Его дружеские чувства ко мне крепли на глазах. Он уже называл меня по имени. — Я просил не устраивать вам сегодня никаких официальных встреч. Инспектору Управления не нужна помпа, правда? — Он весело прищурился. — Прошу, Отти. У нас, конечно, не тот уют, что на Земле, но с этим придется мириться.
Насчет уюта он скромничал.
Трехкомнатный номер отеля всеми окнами выходил на далекую громаду хребта Ю, придавленную тяжелыми облаками. Спальня, гостиная, кабинет с селекторами внутренней и планетной связи, на специальной полке листы планетографических карт, даже книги, среди которых я сразу отметил три редкостных томика Ж. Лоти в ярких желтых переплетах — «Введение в природу Несс», кажется, с дополнениями.
— Тебе нравится, Отти? Я сухо кивнул.
Мне нравилось.
Но это вовсе не означало, что мы непременно должны переходить на «ты». Мне хотелось остаться одному — ионный душ, чашка кофе…
— Вот, Отти, то, что мы должны оставить потомкам. Пожалуй, впервые несколько театральная торжественность
Лина показалась мне более или менее уместной: всю заднюю стену кабинета занимал вид будущего космопорта.
Большая База.
Летное поле выглядело приподнятым над долиной, даже хребет Ю как бы потерял значительность.
— Когда мы ехали, хребет казался мне выше.
— И ты не ошибся, Отти! — поздравил меня Лин. — Мы перекроем Воронку стиалитовым куполом, а сверху набросим грунтовую подушку, метров триста, не меньше. На это уйдет часть хребта. Неплохо придумано? — Лин сиял. — Это не просто космопорт, Отти. Это наше будущее. Нельзя топтаться на месте, застой ведет к деградации.
Он странно взглянул на меня:
— Об этом следует помнить и землянам.
Вид будущего космопорта привел Лина в какое-то необычное состояние.
Я молчал, выжидая: сам он вынырнет из эйфории или ему придется помочь?