Космическая фантастика, или Космос будет нашим!

Много лет отечественные фантасты мечтали о покорении человеком космоса. В антологии «Лучшая космическая фантастика, или Космос будет нашим!» представлены лучшие произведения признанных русскоязычных авторов разных поколений: от классического рассказа братьев Стругацких «Десантники» до нового рассказа Сергея Лукьяненко «Мальчик-монстр», ранее в книжных изданиях невыходившего.

Авторы: Аркадий и Борис Стругацкие, Сергей Лукьяненко, Первушина Елена Владимировна, Балабуха Андрей Дмитриевич, Логинов Святослав Владимирович, Дивов Олег Игоревич, Громов Александр Николаевич, Первушин Антон Иванович, Михайлов Владимир Дмитриевич, Рыбаков Вячеслав Михайлович Хольм ван Зайчик, Етоев Александр Васильевич, Бессонов Алексей Игоревич, Прашкевич Геннадий Мартович, Афанасьев Леонид Б., Измайлов Андрей, Юлий и Станислав Буркины, Михайлов Владимир Георгиевич

Стоимость: 100.00

проявление любви или извратить это чувство ненужными стеснениями. Пока молодой человек не приобрел еще самостоятельного положения в обществе, он не смеет, несмотря ни на годы, ни на физическое развитие, ни на темперамент, вступить в брак. Посмотрим же теперь, к чему приводит ваш обычай. Так как легальные браки для огромной массы вашей молодежи недоступны, то возникает множество браков тайных на самых ужасных основаниях. Необходимость скрываться, боязнь наказания и другие подобные причины превращают возвышеннейшее и благороднейшее чувство любви в разврат. А так как ты сознался, что никакой другой порок не распространен на Земле так сильно, как разврат, то, следовательно, это зло есть неизбежное следствие ваших порядков. Да разве только в разврате заключаются бедствия, возникающие от ненормальных ваших семейных отношений? Вследствие ваших странных взглядов и обычаев происходит то, что любовные ласки распределяются между женщинами неравномерно до нелепости. Некоторые женщины изнывают от жажды любви, но, не имея возможности отдаться любви, тоскуют, сходят с ума.
— Ты прав, — сказал Краснов. — Зло, так ярко освещенное тобой, безгранично. Но скажи мне по совести, учитель, неужели Марс свободен от этого зла? Неужели у вас царит нравственность, а порок неизвестен?
— Да, Николай, к несчастию, встречаются и у нас случаи нарушения семейного долга, но на них нужно смотреть как на исключения. Преступление против нравственности считается у нас настолько чудовищным, что редко кто на него решается. Вот почему ваша земная жизнь показалась мне такою жалкою, когда ты мне рассказал о том, как извращают у вас природу и в каком состоянии находится у вас семья. И после этого вы еще думаете о счастье и прогрессе? Можете ли вы идти вперед, когда вы лишены самой основы счастья, семейного благополучия? После этого вся ваша цивилизация — только призрак.
— Ты не прав, учитель, — возразил Краснов. — Семейные отношения жителей Марса, может быть, неизмеримо выше наших. Но посмотри на нашу жизнь с других точек зрения, — и ты увидишь, как далеко Земля опередила Марс. Ты не станешь отрицать, что жители Земли ученее и талантливее марсиан. Науки, искусства и технические изобретения стоят у нас так высоко, что Марс не сравняется в этом отношении с Землей даже через много столетий. Я приведу тебе несколько примеров. Если бы ты перенесся на Землю, в один из больших городов, то ты в первые же минуты пришел бы в восторг и изумление. У вас, например, все тяжести переносятся людьми, и ваши способы передвижения самые несложные, тогда как мы проезжаем большие расстояния на пароходах или электрических машинах. Благодаря телеграфу и телефону люди свободно разговаривают между собой с одного конца планеты на другой. Благодаря книгопечатанию наши книги выходят в бесчисленном количестве экземпляров, благодаря железным дорогам они распространяются по всему земному шару в самое короткое время. Поэтому наука и образование стоят у нас на такой высоте, какой вы вряд ли когда-нибудь достигнете. А если бы ты увидел земные постройки, земную живопись, статуи, театры, магазины, наполненные самыми изящными предметами роскоши, то ты в восхищении преклонился бы перед земным человечеством!..
— И у вас все пользуются этой роскошью? — спросил карлик.
— Это уже другой вопрос, — отвечал Краснов. — К сожалению, довольством у нас пользуется только небольшой класс людей, остальная же масса населения живет не лучше, чем обитатели Марса, а многие бедняки, я должен сознаться, еле-еле могут удовлетворить своим необходимейшим потребностям.
— И ты считаешь это счастьем? Ты не понимаешь, что счастье немногих счастливцев вызывает зависть у огромной массы бедняков.
— Но зато хоть немногие могут достигнуть такого счастья, о котором у вас на Марсе не имеют даже понятия! — возразил Краснов.
— И это неправда. Гуманный человек не может чувствовать себя счастливым, видя горе вокруг. Забывать о других могут только сухие эгоисты. А разве эгоисты счастливы? Разве может быть счастливым тот человек, который делит весь мир на две половины: я и все остальные — и пренебрегает второй половиной, как недостойной внимания? Нет, кто вечно носится с самим собой, для кого весь интерес жизни сосредоточен в собственной особе, тот скоро почувствует себя лишним в мире, и жизнь ему станет в тягость. В том-то и заключается, по моему мнению, главный недостаток земной жизни, что у вас стремятся не к истинному счастью, а к внешнему блеску. У нас не так. Мы обратили все свои способности на то, чтобы у нас было как можно меньше обездоленных людей. Цель нашего прогресса — возможно большее сплочение людей узами любви и равенства.
— Однако мои наблюдения, учитель, расходятся