Космическая фантастика, или Космос будет нашим!

и энергетика. У них таких устройств не было. Наверное, в последнее время они передавали что-то.
— На-аверное, передавали, — согласился заика и, держа соломинку между пальцами, принялся сосать из бокала.
— Пока мы поняли, что они возвращаются. И что-то насчет трех человек. Надо полагать, — Сивер приглушил голос, — эти трое погибли. А всего их было одиннадцать.
Заика поднял глаза на Сивера, но третий предупредил его.
— Ладно, — сказал он еще раз.
— А я ни-ичего, — пробормотал заика. — Просто я та-ак и думал. Не так уж плохо. Все-таки зна-ачительная часть дошла…
— Правильно, — кивнул Сивер. — Трое героев погибли, но остальные восемь человек возвращаются, и, вы сами понимаете, Земля собирается принять их как надо. По сути, встреча начнется здесь. Для этого я и прилетел.
— Это хорошо придумано, — сказал третий. — А кто прилетел? Много?
— Я и пилот. Думаю, хватит… Но перейдем к делу. Как я понимаю, это ваша машина? — Он кивнул куда-то вбок.
— По-охоже на то, — сказал заика.
— Серьезный ремонт?
— Да нет. Ни-ичего особенного.
— Значит, скоро уйдете.
Это был не вопрос, а утверждение.
— Хотели сутки отдохнуть, — сказал третий; в голосе его было сомнение.
Сивер доброжелательно улыбнулся. Размашистым движением отодвинув стул, он уселся у противоположного конца стола.
— Сутки, — весело сказал он. — А раньше?
— Ра-аныше? — спросил заика, выпуская соломинку.
— Скажем, через полсуток. Полировку вы закончите, а по вашим отсекам инспектор лазить не станет. — Он подмигнул и засмеялся, давая понять, что маленькие хитрости транспортников ему известны и он в принципе ничего против них не имеет.
После паузы вновь прозвучал вопрос:
— Мы меша-аем?
Сивер улыбнулся еще шире.
— Так получается. «Синяя птица» остановится здесь на денек — другой — так сказать, побриться и начистить ботинки до блеска, прежде чем прибыть на старушку. Понимаете? Возвращаются герои, которые уже давным-давно не видали родных краев.
— Ну да, — сказал третий. — А мы мешаем.
— Да вы поймите, старики, — сказал Сивер. — Они герои! Я понимаю, вы, может быть, не меньшие герои в своем деле. Только разница все же есть. А вы растопырились так, что «Птице» и сесть некуда. Представляете, какой там кораблина? И потом, ну, честно говоря, посмотрят они на ваше чудо. Вот, значит, чем встретит их благодарное человечество: ржавым сундуком с экипажем, одетым не по форме. Я ведь тут специально для того, чтобы вести прямую передачу на Землю. Репортаж. И вы, правду говоря, как-то в репортаж не вписываетесь. Еще раз прошу — не обижайтесь, старики, у каждого свое дело, и не надо осложнять задачу другим…
Двое внимательно слушали его, а один все так же спал за столом. Потом третий сказал:
— Значит, большой корабль?
— А вы что, — спросил Сивер, — никогда не видали?
— А вы?
— Ну, когда они стартовали, я еще учился… Но у меня есть фотография, наша, архивная. — Он вытащил фотографию из кармана и протянул.
Заика взял ее, посмотрел и сказал:
— Да…
И передал третьему, и тот тоже посмотрел и тоже сказал:
— Да…
— И еще, — сказал Сивер. — Их восемь человек. Восемь человек в составе экипажа. А тут на станции всего десять комнат. Их восемь, я и мой пилот.
— А кто пилот?
— Брег, — сказал Сивер. — Пожилой уже.
— Встреча-ал?
— Нет, — сказал третий. — Может, слышал. Не помню. Значит, вас двое. А родные что же, друзья?
— Я же вам объясняю: настоящая встреча состоится на Земле. Там их и будут ждать все. А мое дело — передать репортаж.
— Ну что же, — сказал третий, глядя на заику, — мы, пожалуй, и впрямь поторопимся.
— Ты все-егда торопишься… — начал заика.
— Так что же, решили? — спросил Сивер.
— Ладно, — сказал третий. — Попытаемся уложиться в ваши сроки. Раз уж так повернулось…
— Правильно, старики, — сказал Сивер. — Там отоспитесь. Хотя коллега ваш, я вижу, и тут не теряет времени. — Он кивнул на спящего. — Как его зовут?
Он задал вопрос не случайно: не принято было интересоваться фамилиями людей, которые не сочли нужным назвать себя, но спящий представиться не мог, и спросить о нем казалось естественным.
— Его? Край, — помедлив, ответил третий; он произнес это негромко, чтобы спящий не проснулся, услышав свое имя, как это бывает с людьми, привыкшими к срочным пробуждениям.
— Край, — повторил Сивер, запечатлевая имя в памяти и одновременно проверяя ее; нет, такого человека не было в числе одиннадцати, составлявших экипаж «Синей птицы» в момент старта. — Ну, значит, договорились?
— Мешать