Космическая фантастика, или Космос будет нашим!

он был, и уж совершенно перестал волновать с тех пор, как ты спалил его. Хотя я бы, конечно, такой глупости не сделала, да и любой здравомыслящий человек… Геростратов комплекс неудачника, так я сразу решила, еще не зная тебя. А узнала — подивилась. Ты же был приличный пилот! И только недавно поняла — ты просто любишь ломать то, что дорого другим. Тебя это возвышает в собственных глазах… Но не сваливай на Шар свою несостоятельность в семье. Надо честно сказать: да, мне захотелось сломать и тут! Честно, понимаешь?
— Ох, Сима, Сима, — выговорил он. — Ну хорошо. Вот представь: твой сын говорит тебе…
— У меня нет детей, — резко сказала она. — Ты намеренно стараешься ударить побольнее?
Он только стиснул зубы.
— У меня слишком много важной работы, товарищи не поймут меня, если я их оставлю! Тем более что на помощь мужчин, как видно по тебе, рассчитывать не приходится!
«Генных инженеров действительно зверски не хватает, — поспешно подумал Андрей ей в оправдание. — Но где я слышал про непонимающих товарищей, совсем недавно…»
— Ладно, — примирительно сказал он. — Пойдем лучше купаться.
— Нет уж, договаривай!
— Да не стоит. Пустяки все. Прости.
— Ты просто смешон! — Она резко поставила на столик свой опустевший бокал. — Посмотри! Ведь за что бы ты ни взялся, все ты делаешь не так, все — вкривь и вкось! И хоть был бы ты просто подлец, это бы еще полбеды! Нет, эта вечная поза! Я ведь думала, ты необыкновенный… добрый… все знаешь и все можешь. — Она замотала головой внутри своего громадного воротника. — А ты просто болтун.
— Ты сегодня так говоришь, будто меня ненавидишь.
— Да. Я ненавижу тебя. Слова, слова… Живешь в своем выдуманном мире!
— Каждый живет в своем мире, — мягко ответил он. — И каждый такой мир в той или иной степени выдуман.
— Ну уж нет! Я никого не мучила, никогда!
Он только усмехнулся.
— Ты очень плохой человек, Андрей. Ты разрушитель. Ты и меня искалечил. Но не сломал. Не обольщайся — не сломал!
Она резко встала. С хрустом распрямилась парча.
— Не провожай. Мне больнее, чем тебе. Мне гораздо больнее.
Рывком повернувшись, она пошла прочь.
— Цветы! — глупо крикнул он.
Но она даже не сбилась с шага.
Парни с соседнего столика, скалясь, смотрели на Андрея. Сидевший поодаль от «Эспаньолы» мужчина, расцветая в улыбке, поднялся Симе навстречу. Она взяла его под руку, мельком оглянулась, как бы оправляя воротник — видит ли Андрей, — удостоверилась, поцеловала спутника в щеку, и они двинулись по набережной. Андрею показалось, что это музыкант, недавно просивший у него фон. Но он не успел разглядеть. «Бедный мужик, сколько времени ждал, — подумал он. — Интересно, за кого она меня ему выдала? Товарищ по работе… У нас очень важная работа, у нас очень много важной работы. Срочный разговор на четверть часа. Ты не обидишься, милый, если я попрошу подождать вот здесь? Бедняга. Ищет, ищет того, кто за нее бы прожил ее жизнь, а она лишь при сем бы присутствовала в качестве томного, манерного, бесконечно хрупкого украшения… претендуя на воплощение бездеятельной горней справедливости, но на деле, по слабости своей, лишь сварливо беспощадная. Как тут поможешь? Это в детстве складывается. Неуверенность, страхи, запреты…» Он вспомнил Вадика, глухо и тщетно гугукающего под полотенцем.
Тоска была хоть вой. И еще — неловкое, стыдное какое-то сочувствие и досада, словно Дездемона на сцене, вдруг споткнувшись, выматерилась хриплым басом и закурила.
«Странно все устроено, — подумал Андрей совсем уже отстраненно. — Обычную измену или подлость простят, может не заметят даже. Но доброты и любви, проявленных не так, как хотелось бы ожидающим их, не прощает никто и никогда. В них видят наихудшую подлость, наистрашнейшую измену. Потому что знают: если лучшее уже отдано им, и отдано, пользуясь выражением Симы, „не так“ — больше не на что надеяться. И надо уходить».

Второй раз на Шар наткнулись спустя восемь лет, совсем в другом месте. Патрульный катер сообщил на Землю о встрече и на большом удалении остался ждать. Через неделю прибыла подготовленная в кратчайший срок мощная экспедиция.
Кибернетики открыли люк и ввели в камеру набитый аппаратурой кибер. Однако дальнейший путь оказался блокированным. Все попытки кибера пробраться за второй люк, длившиеся несколько дней, оказались тщетными. Заседания ученого совета шли почти беспрерывно, к ним подключались те или иные специалисты с Земли, прибыл даже грузовик со специальной режущей установкой — все впустую. Наконец третий пилот, Трамбле, предположил, что требуется человеческое присутствие. С научной